Я встрепенулась, едва ли не ударившись головой о крышу клетки, но тут же растерла шишку рукой. Ай! – простонала я, а юный единорог в моем лице принимал поздравления и гадил в души радугой.

На середину комнаты из темноты выбежал шарик на длинной ноге, осторожно перебирая пальчиками. Он опасливо осмотрелся по сторонам и замер в центре комнаты.

— Пылевик! А можешь подать мне вон тот медальон? — прошептала я, припадая к прутьям. – Я честно в долгу не останусь! У меня дома пыли, хоть ушами ешь! Я вообще забыла, когда в последний раз под кроватью мыла!

— А ты носки часто разбрасываешь? – спросил пылевик, явно торгуясь.

— Постоянно! – отозвалась я, нервно сглатывая. – Я их под кровать забрасываю!

— Отлично! Один я себе заберу, а второй так и быть, тебе оставлю… У тебя же их два! – задумчиво пробухтело это чудо, а я уже мысленно согласилась с тем, что это вполне справедливо, что вторая нога навсегда отучится мерзнуть, а я даже найду у себя старый вязанный, дабы утеплить мехового засранца.

Шарик подкрался к столу и стал расправлять руку, шаря тонкими, длинными, лохматыми пальцами по разложенным причиндалам.

— Левее! – взмолилась я, бросая нервный взгляд на дверь. – Еще левее! Почти-почти!

Я ерзала на полу клетки, понимая, что еще немного и цепочка окажется у меня. Послышался шелест и камень упал с пол, сверкнув при свете магических огней, которые словно мухи роились над рабочим столом. Пылевик тащил его мне, а я жадно тянула руку к сверкающей безделушке. Стоило мне вцепиться в цепочку, как послышались шаги за дверью. Дверь скрипнула, а едва успела втащить руку и спрятать в складках одежды свою звезду, сжав ее изо всех сил.

— Так, — сразу с порога расставил приоритеты многоуважаемый куратор, поглядывая на меня. – Твой родственник уже отписался, сообщив, чтобы мы искали усердней. Он так же сетовал на то, что ты отличаешься странностями и легкой степенью придури, от которой он устал страдать. Так что вопрос с родственниками улажен. Приступим. Ректору как раз нужен медальон увеличения… Увеличения…

Куратор задумчиво рассматривал записи, а я вспоминала волшебную рекламу, которая частенько всплывала в магических кристаллах, намекая, что мне не мешало бы увеличить волшебную палочку на пару-тройку сантиметров без черной магии, темных ритуалов, жертвоприношений и абсолютно анонимно.

— А где медальон? – внезапно спросил куратор, осматривая стол.

— Мужик какой-то облезлый приходил. Сказал, что возьмет его. И просил вам не говорить, — заметила я голосом будущей активистки студенческого движения «настучи-настучи и пятерку получи». – А еще он сказал, что ждет вас. Просил зайти к нему, как только освободитесь.