Крохотная драконица чутко отреагировала на свои имя и подбежала ближе, но услышанное заставило малышку оцепенеть. Ее нижняя челюсть мелко задрожала, глаза наполнились горючими слезами. Жалобный всхлип, и крупные капли покатились по черной чешуйчатой мордашке.

Будь она человеком, в ее голове пронеслось нечто риторическое вроде «Почему этот мир так жесток?» или пессимистическое «Жизнь кончена, пора писать завещание и закапываться в фундамент».

Но Бестия была завром от тонкого кончика хвоста до любопытного носика. Поэтому развернулась к Эрике Магни и зашла с козырей. Малышка приподнялась на задние лапы, передними обняла ее ногу, запрокинула морду наверх и, глядя на матриарха умоляющим взглядом, попросила:

— Пиу!

Женщина, заменившая ей мать, стаю и вообще весь мир, неодобрительно поджала губы и ткнула указательным пальцем в черный влажный носик подопечной.

— Не драматизируй. — Она отвлеклась на стоящего напротив ветеринара из некронавтов и уточнила: — Уверен?

— Вот сама посмотри, я выписал, что необходимо исключить из рациона.

Матриарх взяла в руки лист и зачитала:

— Папайя, киви, дыня…

Дыня? О нет! Дыня!

Бестия узнала любимое слово, картинно рухнула на пол между двуногими и трагически всхлипнула, глотая слезы несправедливости.

Почему она? За что с ней так жестоко обошлась судьба? Почему именно ее лишают всего самого вкусного⁈

— Бестия, лапонька, — склонился над ней ветеринар, — это для твоего же блага! Поверь мне.

Но драконица отказывалась внимать голосу разума. Она любила и хотела дыньку!

Нет, она и раньше ее обожала, но вот теперь, когда строгий врач сказал, что дыня под запретом, Бестия захотела ее по удвоенному тарифу желания.

Однако двуногие не прониклись ее травмой.

— Предупреди зоокухню, что с этого дня Бестия на диете, — попросила Эрика Магни и посмотрела вниз. — Жду тебя на первой практике с факультетом звездокрылов. Не опаздывай.

— У-у-у… — печально провыла черная малышка, пытаясь выразить этому миру всю скорбь, обуявшую ее крохотное сердце.

Декан бессердечно перешагнула через валяющегося на полу дракончика и заспешила прочь. Ветеринар дождался, пока высокий силуэт в черном комбинезоне скроется за поворотом, и продемонстрировал свою человечность. Прижав документы к боку, он наклонился и похлопал чешуйчатый бок.

— Сочувствую.

Бестия раздраженно дернула хвостом. Сочувствует он, как же!

Сочувствующие тайком носят вкусняшку, а не бегут на зоокухню, чтобы лично предупредить персонал о запрете.

Коротко рыкнув, Бестия перекатилась на пузо, подперла лапой морду, отягощенную тяжкими думами, и постучала острым коготком по полу. А потом замерла и…