Я рассказал Виктору про особую кислотную атаку летяг и его поразил тот факт, что прочнейший металл бронескафов растекается как пюре. И почти сразу придумал решение — обработать все боевые единицы специальным составом, выдерживающим воздействие едкой кислоты. И как я сам до этого не додумался?

Также я посвятил его в свои планы по созданию принципиально новой криопушки и он поддержал мою идею, хотя и сразу же обозначил проблемные моменты. Главный — по-прежнему придется таскать на себе баллоны с азотом и кислородом.

Мой рассказ о пси-силе вызвал у него смех, но я заверил его, что он изменит свое мнение, когда увидит ее возможности своими глазами.

— Все, пришли.

Я окинул взглядом огромное помещение и удивился тому факту, насколько сильно оно пострадало. Днище крейсера пробило в двух местах, заодно практически полностью уничтожило всю систему вооружения. Огромные роботы-манипуляторы лежали сломанными, в неестественных позах. Сложные транспортеры и контейнеры с бронекостюмами и вооружением валялись где попало. Многие были повреждены или открыты. Повсюду обломки оборудования, деактивированные ремонтные дроны, инструменты.

Сам «Фауст» в этом месте деформировало и слегка перекрутило, сейчас все выглядело так, словно крейсер кто-то пытался перевернуть на бок. Угол наклона был небольшой, но можно было ходить, не опасаясь падения.

— Охренеть! — произнес я, вспомнив, как все здесь выглядело до крушения.

— Да-а. Согласен! Теперь тут черт ногу сломит, — согласился Чан. — Я был здесь только раз. Мы забрали все, что было у входа, на остальное не стали тратить время. Куда тебе нужно?

— Где были мои контейнеры?

— Хах, да тут теперь сложно что-то найти. Но вообще, это где-то там, — он указал примерное направление.

Где-то в глубине искореженных механизмов послышался лязг проседаемого металла. Большая часть крейсера лежала на хребте и сейчас корпус, под действием чудовищного веса, все-таки продолжал сползать и деформироваться. От этих звуков было не по себе.

Я медленно двинулся вперед, обошел сломанную руку манипулятора, пролез под оторванный механизм транспортера. Пробежался по согнутой ленте. Виктор следовал за мной, иногда ругаясь по-японски.

Многочисленные контейнеры лежали как попало и где попало. Некоторые друг на друге, другие вообще лопнули и потеряли первоначальную форму.

Свой я отыскал почти сразу. Во-первых он был красноватого оттенка. Именно такие использовал Департамент вооружений. Во-вторых, он оказался в зоне прямой видимости. И если тот, где ранее находился «Тахион» подмяло под другими, то второй контейнер оказался почти неповрежденным.