Я ощутил осторожное прикосновение к разуму, в котором сквозил немой вопрос: мол, ну что, друг? Тут постоишь или все-таки поплаваем?

Я спокойно уселся ему на спину, оперевшись на острый плавник, и мысленно скинул образ того места, куда хотел попасть. Нет, можно было и напрямик, но раз уж мне предложили прокатиться, то почему бы и нет? Время ведь не имеет значения.

Новый знакомый добросил меня до нужного места довольно быстро. И в отличие от прошлого раза, когда моя внутренняя Тьма оберегала меня от излишнего любопытства, на этот раз я мог рассмотреть действительно все. И молчаливый брат охотно сворачивал каждый раз, когда я чем-то интересовался, так что путешествие получилось насыщенным. По-настоящему занимательным. Причем настолько, что я даже пожалел, что во Тьме у меня еще осталось так много дел.

Распрощавшись с «покрывалом», я легко спрыгнул рядом на твердую поверхность и, почувствовав, что Тьма впереди снова начинает сгущаться, мысленно попросил ее расступиться.

Она не стала противиться и безмолвно разошлась, откинув занавес с той самой комнаты, где, казалось, я бывал уже так давно. Три матово-черных стены. Ровный пол. Здоровенный валун по центру. А рядом с ним — невозмутимая фигура Лотия, спокойно медитирующего над крохотным, испускающим чистейший белый свет шариком.

— С возвращением, Рэйш, — не открывая глаз, поприветствовал меня пленник. — Тебя опять расщепило или ты заглянул узнать, как у меня дела?

— Ни то ни другое, — усмехнулся я, остановившись напротив.

— Что же тогда тебя сюда привело?

— Я пришел за помощью.

— Хм. Прости, что? — не поверил Лотий и, открыв глаза, с подозрением уставился на меня снизу вверх. Но я вместо ответа просто создал два кресла, стол, расставил поверху несколько блюд, вкус которых, он, надеюсь, еще не забыл, и знаком предложил ему присоединиться. — Что ж, по-видимому, тебя и впрямь припекло, если ты надумал явиться сюда с дарами.

Я только усмехнулся.

— Простая вежливость. Если не нужно, могу все убрать.

Лотий медленно поднялся с пола и, по очереди оглядев меня, кресла и накрытый стол, качнул головой.

— Даже если это иллюзия, я бы предпочел ее оставить. Вкус любимых блюд, хорошего вина… в этой проклятой клетке только и остается, что мечтать!

Я намек понял, и среди тарелок появилось две запыленных бутылки.

— Совсем другое дело, — удовлетворенно кивнул бывший жрец, после чего все-таки уселся напротив и, откупорив бутылку, с наслаждением вдохнул аромат. — Эх, как же хорошо…

Я дал ему время вспомнить правила обращения со столовыми приборами и насладиться изысканным букетом. Позволил посмаковать если не само вино, то хотя бы воспоминания о нем, ведь другого такого случая ему, вероятно, еще долго не представится. Ну а когда на его лице проступило умиротворенное выражение, я подумал, что, пожалуй, не зря сюда пришел. Ведь при всех своих прошлых грехах Лотий действительно долго жил. Многое видел, знал, читал. Так что у кого тогда спрашивать совета, если не у него?