Эх, богат и разнообразен Стикс на самое разное, полезное и не слишком, опасное и… ещё раз опасное. Дары вообще в основе своей предназначены отнюдь не для детских игр на лужайке. Хотя некоторым — и число этих самых людей отнюдь не маленькое — частенько разная фигня достается, вроде способности мышей да кроликов к себе приманивать, заставлять куст или небольшое дерево сбрасывать листву, ну и всё в таком же малополезном духе. Сами виноваты! Кто мешал быть более активными в развитии, то есть наборе очков характеристик, получаемых в результате убийства тварей и не только? Во-от! Никто не мешал, но многие люди сами себе глупые буратины… а зачастую ещё и трусливые. От того и страдают.

* * *

— Бес, кончай мечтать и мыслить. Город появился. Тот самый, мы не ошиблись.

— Уже вижу, Искра, но всё равно благодарю, — отвечаю, глядя в небольшой, но мощный бинокль на открывающийся вид перезагрузившегося кластера. — Вроде обычно всё, тихо, без кипеша.

— Кипеш будет, — слышен в переговорнике голос Шатенки. — Ни один появившийся в Стиксе город без него не обходился. Час, иногда меньше. Ты сам говорил, что вирус поражает мозг очень быстро. Реакции самые разные. Все мы видели… И лучше бы этого не видеть, — тяжкий такой вздох, по ходу, какие-то струны в душе затронули промелькнувшие воспоминания.

— Тогда… Двигаем?

— Чуть выждем, — возразил Рамс. — Дадим вирусу начать действовать. Не сильно, но чтобы полиция и прочие трезвость рассудка потеряли.

Разумно. В первые полчаса-час и впрямь та же полиция — если она в принципе адекватна, а не такая, какая привычна именно мне — ещё может с той или иной степенью адекватности выполнять свои обязанности. Вот затем, когда немалая часть представителей власти сама начинает проявлять… разные признаки, далёкие от нормального поведения, у части сохранивших относительно трезвое мышление начинает на полную работать инстинкт самосохранения. Он, как нетрудно догадаться, заключается в намерении самим или же прихватив родных/близких, валить из города, охватываемого непонятными бедствиями.

Десять минут, четверть часа. И до слуха доносятся звуки стрельбы. Причём не только автоматной, но и пулеметной, из крупняка, какого у правоохранителей ожидать навряд ли стоит. И это может означать…

— Военные или коллеги-рейдеры начали активничать?

— А для нас есть разница? — через переговорник задаёт дополняющий вопрос Стесняшка, тем самым углубляя то, что произнесено искрой.

— Не должно быть военных, — на правах лидера утверждает Рамс. — Не было их в прошлых перезагрузках, так с чего в этой появиться должны? Рейд-группы могут. Смысла не понимаю. По кому тут из крупняка бить, если твари ещё не примчались, а по медлякам… Только ценные патроны жечь. Разве по машинам полицаев, для острастки, если те упёрлись и мешать стали.