—И каково ваше предложение, мой друг? — эрцгерцог был сама любезность, разве что яд изо рта не капал, — Какие действия в сложившейся ситуации возможны с точки зрения русской военной школы?

Ладно, пора заканчивать этот балаган. Мне с Карлушей детей не крестить, а на последствия моего поведения откровенно наплевать. Тем более что уже в ближайшее время Павел разорвёт этот мертворождённый союз.

—В данный момент на участке между Баденом и Цюрихом сосредоточено пятьдесят восемь тысяч ваших войск. Плюс русские двадцать восемь и ещё двадцать две тысячи генерала фон Готце. С учётом корпуса господина фон Линкена получается более 120 тысяч списочного состава. Сидеть в обороне с такой силой преступление. Есть много вариантов для дальнейших действий. Я уже указал главное направление — одновременная атака Арау и Люцерн. Далее блокировка базельской группировки французов и марш на Берн. Тем более этот город мы можем атаковать с востока и юга. А после уже открывается дорога на Женеву и Лион. Если австрийское командование так обеспокоено питанием своих солдат, то мы готовы помочь организовать доставку продовольствия с фуражом. Интенданты русской армии умеют работать, даже с учётом невыполнения союзной стороной своих обязательств. Думаю, у французов тоже накоплены магазины для обеспечения их немалой армии. Если мы будем следовать плану и не затягивать движение войск, то успеем захвалить не только их обозы, но и склады.

—Вы сейчас описываете не предполагаемый марш огромной армии, а действия каких-нибудь иррегулярных сил или наёмников против заведомо более слабого противника. В условиях современной войны подобная тактика неосуществима.

Вот хочется эрцгерцогу продолжать разговаривать со мной, как с умственно отсталым ребёнком, его право. Значит, пусть получает ответку.

—Я описываю действия корпуса генерал-фельдмаршала Суворова. Александр Васильевич за три месяца добился большего успеха, чем вся австрийская армия за три года. При этом его силы в десять или более раз, уступают тем войскам, которые были у ваших генералов. Напомните мне, мой друг, — задаю вопрос, пародируя эрцгерцога, — Сколько сил бросила Австрия на противостояние республиканцам в Италии и какими победами могут похвастаться ваши генералы?

Понимаю, что это не самый честный приём и сам эрцгерцог одержал несколько побед над французами. Но зашоренность, граничащая с идиотизмом, просто сорвала все стоп-краны. Я не хотел макать австрийцев головой в говно, но пришлось это сделать. И ведь не скажешь, что у них армия слабее французов. По выучке и стойкости, а также обеспечению вооружением и довольствием, австрийцы в чём-то превосходят республиканцев. Но их оборонная стратегия и отсутствие самостоятельности у командиров, сводит на нет все преимущества. Суворов в битве при Фокшанах, Рымнике, Нови и переходе через Альпы доказал, что армия у Габсбургов вполне себе боевая. Сам эрцгерцог наверняка понимает ущербность своей стратегии, но как бы тут в дело не вмешалась политика. Поэтому никакого смущения я не испытывал и говорил всё, глядя ему в глаза.