—И какое отношение к этому может иметь сын Императора, — недоуменно спросил генерал.

—Перебежчик рассказал, что в роте, возглавляемой принцем, есть особый взвод егерей. Объяснял он путано и наговорил много чего невероятного, но удалось узнать главное. Основная специализация этого взвода — разведка и диверсии. Насчёт ловушки я сомневаюсь, там явно поработали сапёры. А вот охрану офицеров начиная с полковников, я бы усилил. И вообще, надо начать контрразведывательную деятельность. Служба квартирмейстеров доложила, что два дня назад пропал полковой интендант. Думаю, его захватили русские и именно от него противник узнал информацию о расположении наших войск.

—Вам не кажется, что вы демонизируете русских? Разведка всегда работала на территории неприятеля и захватывала языков. Другой вопрос, что мы расслабились и были жестоко наказаны за разгильдяйство.

—Не соглашусь с вами мой генерал! Если не брать в расчёт захват языков, против нас применили не совсем традиционные методы ведения войны. Русский принц как раз славится своей экстравагантностью и даже безумием. Поэтому был бы крайне осторожен в дальнейших действиях и максимально усилил дозоры с охраной. Ещё меня смутила минная ловушка. На открытом пространстве она бесполезна. Но на горной или узкой лесной дороге это страшное оружие. Я бы также обратил внимание нашей разведки на подобные нюансы.

—Здесь трудно с вами не согласиться. Завтра надо всё обсудить на совещании командующих полками. Оставьте ваши бумаги, я ещё подумаю какие меры надо предпринять против русских. Ещё нужно согласовать наши действия с генералом Массеной и отправить ему подробный доклад. Что с потерями?

По мере того как генерал слушал доклад начальника штаба, прежнее бешенство сменилось на холодную ярость. 6-й конный кавалерийский полк уничтожен практически в полном составе. 17-й и 2-й драгунский полки потеряли до трети состава ранеными и убитыми. Гренадеры и линейная пехота потеряли более трёх рот. Итого только людских потерь более восьмиста человек, из которых половина безвозвратно. Ещё неизвестно, сколько раненных выживет и вернётся в строй. Ко всему прочему драгуны лишились более половины коней и сильно потеряли в мобильности. Но самое страшное заключается в том, что дивизия лишилась почти всей своей лёгкой артиллерии. Теперь любое скоротечное полевое сражение ставит его войска в заведомо невыигрышное положение.

После ухода полковника, Клейн опять начал ходить по кабинету, нервно сжав ладони в кулаки. Его не беспокоило, что Массена может назначить другого командующего дивизией. И плевать ему на возможные насмешки коллег генералов. Он потерял темп и поставил под угрозу основной план атаки на русские позиции. Ещё и потеря лёгких пушек сильно ограничивали его маневры, и заставляет ждать пополнение. Необходимо что-то срочно противопоставить русским, иначе можно получить второе поражение под Цюрихом, но куда более разгромное.