– Можешь звонить прямо сейчас, – раздраженно произнесла Лина. – Мы просто теряем время. У меня приказ настоятельницы, нам не стоит здесь стоять в ожидании шофера, он не приедет.

– Хорошо, – так же спокойно заявила Нина. – Пусть настоятельница подтвердит приказ по телефону.

– Ну что же… – Лина пожала плечами. – Сейчас сами убедитесь.

Достав телефон, она нажала кнопку включения. Девушка решила, что в данных обстоятельствах придется смириться с требованиями безопасности. На вокзале виднелись телефоны-автоматы, но она не знала, как ими пользоваться и где можно приобрести карточки для оплаты разговоров. Так что воспользоваться мобильником проще всего.

Лина не знала, что активация телефона вызвала немалый переполох. Всего лишь в сотне метров от нее находился фургон со специальной аппаратурой, умеющей засекать даже отключенные трубки. То ли слабый сигнал экранировало массивное здание станции метрополитена, то ли сплоховали технические сотрудники, но о присутствии разыскиваемой выпускницы они смогли узнать только в этот момент, немедленно поставив на уши всех участников облавы.

К пригородным кассам начали стягиваться доверенные сотрудники Ланса. Ветрова была не просто выпускницей, а героиней недавних событий. При этом ее лицо было слишком известно, нежелательно, если непосвященные узнают, что ловить им придется именно эту девушку. У них возникнет множество неприятных вопросов.

Тем временем Лина номер за номером вызывала все известные телефоны Монастыря, демонстрируя девочкам нулевой результат. Те хмурились все больше и больше, поневоле понимая, что дело и впрямь нечисто.

– Вот видите! – произнесла Лина, когда последняя попытка не принесла успеха. – Я же вам говорила. Надо уходить, не исключено, что здесь опасно. Мы и так уже слишком долго простояли.

– Но ты еще… – начала было Нина, но окончить не успела: к девушкам подошел патруль.

– Ваши документы, – потребовал старший из милиционеров.

– Неужели кто-то из нас похож на Басаева? – пошутила Лина, лихорадочно перебирая варианты развития событий.

Она отчетливо понимала, что, скорее всего, милиция липовая.

– Шутим? Хотите в отделении разбираться, или все же покажете документы?

И тут Лина отчетливо разглядела, что у второго милиционера выглядывает татуировка из-под рукава. Виднелся самый кончик, но этого ей хватило, чтобы восстановить всю картину: прищуренный глаз, заключенный в треугольник. «Всевидящее око» – специальный отдел, занимающийся выслеживанием запрещенных культов. Последний реликт инквизиции, который делает свои дела без лишней помпы. Пожары, самоубийства, бесследные исчезновения, взрывы – вот арсенал их тайной войны. Отношение в Ордене к этим ребятам было неоднозначным: с одной стороны они делали благое дело, уничтожая земных приспешников врагов; с другой – они не слишком печалились, если под раздачу попадали невиновные. Слово «перестарался» наблюдатели воспринимали как комплимент.