Плавно поведя мышкой, Светлана навела крестик курсора на первую точку, располагавшуюся перед западным крылом, кликнула правой кнопкой, зафиксировав выделение. Быстро перевела на крышу, сделав ее второй целью. Через полминуты она приготовила цепочку из двух десятков точек, решив, что этого вполне достаточно. Недостатком спутниковой батареи было то, что после залпа должен пройти процесс накачки, занимавший около двух минут. Единичный выстрел или серия – разницы нет. Приходилось распределять мощь для достижения максимального эффекта.

Дождавшись момента, оговоренного настоятельницей, Светлана нажала левую кнопку мышки.

Кимов начинал нервничать. Стрельба должна была начаться семь минут назад, но ничего подобного не произошло. Он несколько раз порывался позвонить, но сдерживал себя – ведь контрольный срок еще не вышел. Еще три минуты, и все – операцию придется отменять. Собственно, даже не придется – она и так сама себя отменит.

Он едва не подпрыгнул от облегчения, расслышав далекую автоматную очередь. Майор даже не понял, что бой начинается как-то вяловато, толкнув дверь, он шагнул в приемную Ланса. Секретарь поднял голову от монитора:

– Господин майор, мне показалось, где-то стреляли?

Ничего не ответив, Кимов поднял руку. Хлопнул приглушенный выстрел, служащий упал, опрокинув стул. Подойдя к нему, майор дважды нажал на спусковой крючок. Он не был сторонником экономии боеприпасов, да и убийство не должно иметь столь профессиональный характер. Пусть считают, что жертва поймала очередь от пистолета-пулемета одного из нападавших.

Более не задерживаясь, Кимов толкнул массивную дверь, окинул взглядом кабинет, увидел, что Ланс стоит у окна, уставившись на ночной город. Разговаривать с магистром было не о чем – это не фильм, а жизнь, подняв руку, майор выстрелил ему в спину.

Ланс дернулся, медленно развернулся, покачал головой:

– Господин майор, вы почему не постучались?

Кимов почему-то сразу понял, что дело тут вовсе не в бронежилете скрытого ношения. Не сдержав нервную дрожь, он промахнулся, но тут же взял себя в руки, пулю за пулей вбил в магистра всю обойму. Последние выстрелы пришлось делать почти в упор – Ланс приближался, не обращая на обстрел ни малейшего внимания, разве что покачиваясь под ударами кусочков металла. Подойдя к майору, он взмахнул рукой, нанеся размашистый удар – будто пощечину отвесил.

Майору доводилось получать пощечины, но такую он огреб впервые. Голова запрокинулась в сторону, едва не развернувшись на сто восемьдесят градусов, Кимов отлетел на рыцарские доспехи, установленные в углу, сбил их с подставки, придавил к полу, больно стукнувшись лбом об забрало. Попытка приподняться к успеху не привела – сильные руки подняли его в воздух, зашвырнули прямиком на середину кабинета.