подкузьмили нам ее предки… Разумеется, наша троица регулярно и подолгу пропадала в Игре — несмотря на то, что нас считали нежелательными гостями в большинстве ареалов, отказывать себе в удовольствии мы, естественно, не собирались. С другой стороны, здесь и в реале было чем заняться. Например, я стал неплохо разбираться в классическом альдноанском и даже цитировал ящерке строчки из цикла «Времена и силы». А еще мы вдвоем с Хибой собрали по инструкции кибера-шпиона из подручных материалов — звучит глупо, но факт остается фактом. Мы и сами сперва не поверили, но когда этот тонконогий пластиковый паучок побежал по стене, а потом начал транслировать изображение из каюты с игровыми капсулами, мы переглянулись и одновременно выдохнули: «Ого!» А еще к нам несколько раз наведывались гости. Планета, которую я считал тайной для всей вселенной, и замершая неподалеку громадина «Каласкина», как оказалось, были неплохо знакомы местным пиратам. И те, похоже, периодически проверяли корабль-гигант на прочность. Первыми за время нашего сидения в нем это решили сделать пираты из шайки Греббса — выходца из дальнего рукава галактики, человекоподобного монстра, больше похожего на синего окаменевшего робота. Тут меня и жену просветил Хиба, удививший своими знаниями пиратской символики и предводителей — именно он с ходу определил, кто рискнул совершить на нас нападение. Оказывается, в Содружестве еще водились такие крупные бандитские объединения — два звездных фрегата, неплохо защищенный корабль-матка и пара десятков штурмовиков. Даже шайкой эту маленькую армию язык не сразу повернулся назвать. Но вот действовали они именно что как шайка — нагло, жестоко… и бездарно. По всей видимости, Греббс со своими сподручными на общем совете решили, что огромный разрушитель планет, почему-то позволивший им на этот раз опасное сближение и молчащий в ответ на их выкрики в эфире, станет легкой добычей. Однако системы «Каласкина», похоже, просто играли с ними, и первый же выстрел из бортового орудия (всего одного!) превратил в облако металлической пыли корабль-матку, а второй прошел по касательной по борту одного из фрегатов, не разрушив его, но навсегда выведя из строя. Мы смотрели на то, как из потерявшего управление боевого корабля эвакуируются остатки экипажа, как штурмовики, лишенные базы, беспомощно крутятся вокруг единственного уцелевшего фрегата, и тихо улыбались. Греббс Беспощадный, как он сам называл себя, получил по зубам и стал лично для меня Греббсом-Неудачником. Пилоты штурмовиков