В-6, успех 48K модели у нас случился по причине нашей бедности. Уже наступала эпоха IBM-совместимых, но их себе могли позволить не все. Особенно поначалу. Помните, я рассказывал про свою подержанную «286-ю»? Вот то-то и оно!

И, резюмируя… — «ребёнок» устало потянулся после своего рабочего дня — … не нужны СССР попытки что-то куда-то пролезть… я не говорю про стырить, склонировать или купить в обход запретов кокомовских… я про попытки чё-то там на буржуйском рынке порулить. Свой хотя бы рынок защитите, и цикл замкнутый сохраните — свернул он на любимое… — и в поздние времена, когда помягчело слегка, серьёзные сделки срывались, как с той же покупкой «Опеля»…

В ответ на мой заинтересованный взгляд, он пояснил:

— Да, была история, где-то ближе к 2010-у, как владельцы Опеля, Дженерал Моторс, хотели продать его нашим… «эффективным собственникам»… он скривился (я уже чётко помнил про его остаточную неприязнь к одному из мест его работы) — из Сбера с ещё кем-то… хотели, да не продали. Болтали, что политики из Фашингтона вмешались, даже тут, когда отношения вроде ещё нормальные были. А может, и в цене не сошлись. Короче, я к чему говорю… своими мы там, на «западе» никогда не будем. Так что моё мнение — не стоит и соваться…

Тут у нас разговор свернул на автомобили, и из очевидно, утомившегося к лету «ребёнка», посыпались новые интересные детали:

Единственным советским автомобилем, который он уважал, была «Нива». «Рестайлинговые» и «проапгрейженные» модели, как Вяткин обозначал их новой терминологией, оставались на конвейере и в третьем десятилетии 21 века.

Остальные были обозваны «ВАЗиками, с болтами тазиками».

Из него, обычно не очень-то распространявшегося про свою личную жизнь там, в «ином будущем», неожиданно вырвалось:

— … Когда мой непутёвый отец умер, я, вместе с двумя его детьми от другого брака, приехал на последнее место его жительства. Первый раз увидел… последние годы жизни он строил себе коттедж. Там же стояли две «Нивы»… пятидверки. Одна выпуска начала 2000-х, другая совсем «новьё» — осени 2018-го. На той, за полгода, он всего четыре тысячи км успел накатать…

— Почему непутёвый? — аккуратно спросил я — … мне он, при нашем коротком знакомстве, показался очень достойным человеком.

— Тогда, в «том» мае 1980-го, мы с мамой уже были брошены. У него началась новая жизнь… — сердито заметил «Свидетель».

— Но, сейчас всё… обернулось к лучшему? — ещё более осторожно заметил я.

— Кто знает, может и так. Я кое-что успел провернуть не только… с заходом к верхам страны. Но… сейчас, впереди — неизвестность. Во всём. И для страны, и в профессиональном плане, и в личном… я, конечно, очень рад видеть своих молодых и счастливых родителей, но безумно скучаю по жене и детям… помните, я говорил, что моя память вытащила откуда то из глубин мозга и 2023-й?