Багряная кровь залила все пространство вокруг. Смерть… она настигла их всех. Всех моих товарищей и друзей, бравых воинов. Отголоски суровой битвы до сих пор звоном отражались в памяти, хотя сражение уже подходило к концу.
Я огляделся по сторонам. Поле боя затихло. Из всех воинов, солдат, пущенных на убой, в живых остался лишь я один. Но перед глазами по-прежнему были их лица. И они глядели мне в самую душу. Еще недавно они стояли рядом, переговаривались, шутили, смеялись. А теперь… воистину живые завидуют мертвым.
Наивно было рассчитывать на счастливый финал. Нас, обычных солдат, не считали за что-нибудь значимое. Мы всего-навсего мясо, пешки, расходный материал, которым всегда можно пожертвовать. Шутка ли, – никого из нас даже не считали полноценной боевой единицей. Не считали фигурой. Наша цель была лишь одна – пожертвовать собой ради великой цели.
И все же…
Я сделал шаг, ступив на новое поле. Но цена этого шага была чересчур высока. Вновь вспомнив лица павших товарищей, мое сердце охватил гнев. И в тот момент я поклялся, что отомщу.
Бой продолжался, но на меня, к счастью, пока не обращали внимания. Простой солдат, в одиночку я не представлял чересчур большой ценности. Куда мне сравниться с изящным всадником, что прыгает во все стороны. Или с прицелившимся издалека арбалетчиком? И уж тем более в пять раз ценнее меня была высокая башня, что спокойно шагала вдоль всей вертикали и горизонтали, пока у меня на это уходила вся жизнь…
Внезапный душераздирающий крик прервал мои мысли. Наш всадник пал. Это вражеская башня смела его с пути своей чудовищной силой. Еще мгновение назад бравый рыцарь мчался вперед, а теперь его изуродованное кровавое тело лежало прямо передо мной на окровавленной клетке.
Я встретился с всадником взглядом. В его глазах больше не было ярости. Не было искры жизни. Лишь страх.
— Отомсти… отомсти за нас… - прошептал тот.
В следующий миг тело всадника утащили за край кровавой доски. А затем его место заняла она – могучая башня. Тяжелая и неповоротливая, но неумолимая, словно сама неизбежность. Она возвышалась прямо передо мной, закрывая собой половину черного неба. Я чувствовал на себе ее взгляд, и мое сердце замерло в страхе. Перед глазами разом промелькнула вся жизнь. А точнее весь путь, что я прошел на этой войне. Чужой войне.
Александр… он погиб первым. Веселый, шумный, он никогда не унывал и всегда пытался всех подбодрить. Даже перед боем он смеялся и уверял, что после победы напьется так, что не сможет стоять на ногах. Когда прозвучал сигнал к атаке, он ринулся вперед самым первым. Но почти сразу же был сражен. Я до сих пор помню, как его кровь растекалась по светлой клетке.