Глава 1.
Делаю судорожный вдох, тело простреливает сильной болью. Рядом воют сирены, кричат люди, и
слышно ещё какую-то технику.
— Девушка, жива!
Сил открыть глаза нет, страшно до дрожи. Я только что была ведь в подворотне, умирала… А
теперь оказалась, судя по запаху, в машине, которая попала в аварию. Осторожно открываю
глаза и понимаю, что их заливает кровь. Могу пошевелить только пальцами на руках, ног не
чувствую, спина дико болит.
— Девушка, вы главное не шевелитесь, — ко мне заглянул спасатель. — Помните, как вас зовут?
Ответить ему пока не могу, в голове боль и каша из информации. Закрываю глаза и
проваливаюсь в спасительную темноту. Следующий раз прихожу в себя явно в больнице. Делаю
судорожный рваный вдох. Мою руку сжимает чужая тёплая рука.
— Дочка, — говорит мужчина хрипло.
Открыв глаза, вижу незнакомого мне мужчину, но по воспоминаниям этого тела — это её один из
отцов. Видимо, в моём взгляде он что-то понял, потому что по его щекам потекли слёзы. Но он
быстро взял себя в руки и стёр дорожки солёной влаги. В палату зашли несколько человек:
девушка и двое мужчин. Я, честно говоря, очень испугалась.
— Она пока не готова общаться, — сказала зашедшая девушка, задержала на мне свой взгляд и
сказала моему отцу: — Когда ваша дочь будет готова, позвоните мне.
Отец кивнул молча, и они ушли. Он мягко сжал мою руку и, сев рядом на стуле, уткнулся лбом
в мою ладонь. В душе поднялось что-то такое тёплое к этому большому мужчине.
— Давай договоримся сразу: я никому не скажу, что ты не моя Ария, не её душа.
Он заметил, как я плачу молча.
— Я верю, что ты не собиралась силой забирать её тело, не после того, что случилось с моей
девочкой. И верю, что сама ты в тот момент уже попрощалась с жизнью не по доброй воле.
Он очень осторожно стёр мои слёзы.
— Ты можешь говорить?
— Да, — сказала едва слышно.
Он дал мне воды смочить горло, чтобы я не хрипела и могла чуть лучше говорить.
— Как ты погибла?
— Меня убили, это если коротко, — слёзы продолжали течь по щекам.
Мужчина терпеливо вытирал их.
— У тебя сохранились Дашины воспоминания? — заметив моё удивление, он сказал: — Ария, или
Дария. Ария — это её домашнее имя. И оно так прижилось, что все её называют Ария.
— Воспоминания остались все: и Даши, и мои, голова от этого очень болит.
— Голова у тебя не только от этого болит. Ты очень серьёзно пострадала в аварии. То, что мы
сейчас говорим — не иначе как чудо. Машина несколько раз перевернулась, крыша вмялась
внутрь, — у него по новой потекли слёзы, — моя жена и твоя мать погибла сразу, как и
водитель.
— Давно я тут? — спросила, подразумевая больницу.