Когда орудия смолкли над венецианской эскадрой разлилась тишина. Мертвая тишина. Только ветер скрипел изорванными металлом снастями на части галер. Даже раненные, несмотря на боль и дикий ужас, охвативший их во время обстрела, старались сдержать стоны и не шевелиться, чтобы не обратить на себя внимание чужаков, уничтоживших их флот столь ужасным оружием… Разгром был завершен. Экипажи новгородской эскадры смотрели на дело рук своих со смешанным трепетом и восхищением. Лишь золотой дракон что-то неразборчивое ворчал себе под нос, подсчитывая расход боеприпасов, который раза в два превысил ожидаемый. Кто же знал, что Венеция выставит столько кораблей?
Разумеется, можно было обойтись и без учиненной бойни, но Дмитрий понимал — союз с Генуей должен базироваться на чем-то большем, чем просто слова. Поэтому его люди старались на совесть, поливая картечью и пулями парализованные галеры венецианцев. Генуэзцам требовалось четко и однозначно дать понять, кто в их союзе главный и чем будут чреваты серьезные разногласия. Как говорится — ничего личного…. Да и флот, а соответственно и моряки, Венеции были совершенно ни к чему…
Джакопо понял, что с битвой то-то не то, когда флот скрылся с глаз. Лишь высокие мачты новгородских кораблей оставались едва различимы. «Странно… очень странно…» — проворчал он себе под нос и направился к себе в резиденцию.
Наступил вечер. Корабли Венеции не вернулись.
— Боже! Что же произошло⁈ — Раздраженно восклицал дож, вышагивая по залу. — Куда эти негодники могли запропаститься?
— Утром они вернутся с победой, — пытался его утешить помощник.
— Ах… если бы… если бы. Меня терзают очень плохие предчувствия…
Утро наступило, но корабли Венеции все не возвращались. А потом второе. И третье. Лишь четвертым утром на горизонте вновь показались паруса этих «проклятых кораблей» Новгородской эскадры.
— Четырнадцать, пятнадцать… все… все на месте. Проклятье!
— Может быть это другая эскадра?
— Готовьте город к обороне! — Заорал совершенно бешеным голосом дож. — Немедленно! Когда эти негодяи высадятся, все вороты должны быть закрыты! Вы слышите⁈ Закрыты!!!
— Никейцы… — обреченно выдохнув, произнес какой-то солдат рядом на стене.
— Где? — Дернулся дож и посерел лицом, ибо к азиатскому берегу чуть в стороне от Константинополя подходили войска. Они явно шли не в набег. А с востока в проливе виднелась масса малых судов, удобных для переправы людей, коней и припасов. Кое-где даже большие плоты виднелись. — Это конец… — тем же тоном, что и солдат, произнес дож и сполз вдоль зубца на пол.