— Скажите, Алексей… вы не против, если я буду вас так называть?

— Называйте.

— Спасибо. Так вот, скажите, Алексей, повторное исчезновение Риммы не сопровождалось какими-нибудь… э-э… событиями?

— Например?

Кусков постарался спросить как можно небрежнее, но насторожился. Даже карандаш на мгновение оставил в покое. Если психиатр со шрамом знает, о чем спрашивает, это может оказаться ниточкой. Той самой ниточкой, которой сейчас отчаянно не хватало полиции. О том, что произошло в больнице в ночь исчезновения Риммы, неизвестно широкой публике. И вот Скоконь интересуется… Случайно? Или…

Барону удалось с честью выйти из положения.

— Алексей, я понятия не имею, что у вас случилось: вторжение инопланетян, полеты ведьм, падение самолета… Согласитесь: обстоятельства дела весьма запутаны, и это дало мне право предположить, что странности продолжились. Собственно, само по себе исчезновение беспомощной девушки, мягко говоря, необычно.

— Согласен, — неохотно признал полицейский.

— Так что случилось?

— В ночь, когда Римма исчезла из больницы, сошел с ума дежурный врач, — ответил Кусков, изучая измусоленный карандашный кончик.

— Его рабочее место находилось далеко от палаты девушки?

— В двух шагах.

— Любопытно… — Мечеслав снова поскреб шрам. — Симптомы не скажете?

— Никого не узнает, не говорит, ходит под себя, питается через трубочку.

— То есть он не буйный?

— Он вообще никакой. Он овощ.

Психиатры переглянулись.

— Алексей, мы можем осмотреть несчастного? Прямо сейчас?

— Вы смеетесь? — Кусков уже понял, что выудить из гостей какую-либо информацию не получится, а потому демонстративно положил перед собой чистый лист бумаги. — Во-первых, мне нужно писать отчет. Во-вторых, сейчас воскресенье, вечер, а в больнице, знаете ли, режим.

— Верно, — опомнился Мечеслав. — А завтра? С самого утра?

— Завтра и приходите.

— Всеслава? Дорогая, мне требуется поддержка, нужна опытная фата… Нет, милая, не нужно конфиденциальности, я сделал главное: напал на след, так что теперь мне требуется подходящий инструмент… А ты во мне сомневалась? — Барон улыбнулся. — Нет, пока говорить рано, да и нечего, если честно. Пусть прилетает завтра утром… по местному, разумеется, времени… Ага. И я тебя…

Мечеслав сложил телефон и подозвал к себе помощника. Во время разговора старый дружинник стоял в нескольких шагах от барона и даже не смотрел в его сторону.

— Дружище, завтра сюда прибудет колдунья.

— Да, господин барон.

— Она пойдет со мной в больницу. В твоем облике, разумеется.

— Да, господин барон.

— А пока было бы неплохо поселиться в какой-нибудь гостинице.