— Костя… Это невероятно! — произнесла Альбина, стараясь перекричать несмолкающие овации. — Спасибо тебе, что взял меня с собой! Я прежде ничего подобного не видела! Это настоящий триумф. Наша культура сегодня вне конкуренции.

— Милая, ты, как всегда, права! — Стрелец мягко обнял жену за плечи и улыбнулся, глядя, как на сцене Плисецкая склоняется в глубоком, величественном поклоне перед потрясенной публикой. Он мельком взглянул на циферблат своих часов. Яростные овации продолжались уже более двадцати минут, и немецкие зрители даже не думали отпускать русскую балерину со сцены. Такого невероятного, оглушительного единодушия ни Стрелец, ни Альбина в своей жизни никогда раньше не видели.

* * *

Когда в «Вестфаленхалле» наконец зажегся свет, а возбужденная публика хлынула в буфет, Фурцева глубоко вздохнула и изящным движением спрятала программку в сумочку. Лицо министра культуры снова приняло привычное номенклатурное выражение, но в глазах еще отражалось восхищение от увиденного.

— Ну что, товарищи, это победа, — Екатерина Алексеевна обернулась к притихшей ложе. — Настоящая государственная победа. Альбиночка, дорогая, мне от этой «Карениной» до сих пор не по себе — так сильно за душу берет. Пойдемте-ка в фойе, пройдемся. Пусть немцы видят, что советская делегация гордится своими артистами.

Альбина с готовностью поднялась, поправляя складки элегантного платья.

— Костя, ты с нами? — она требовательно посмотрела на мужа, желая, чтобы он присоединился к министерскому променаду.

— Я подойду к вам попозже, — советник хотел воспользоваться антрактом, чтобы переговорить с Кузнецовым. — Милая, там Анатолий Ильич подготовил небольшой фуршет для Екатерины Алексеевны и для всей компании. Справишься без меня?

— С тобой все было бы наверняка! — усмехнулась она. — Справлюсь, конечно. Разве может быть по-другому?

— Вот и хорошо! — ответил он, высматривая в пестрой зрительской толпе силуэт полковника.

— Екатерина Алексеевна, вы идите, я догоню вас буквально через пять минут, — Стрелец мягко улыбнулся и виновато развел руками. — Протокольная служба концерна Mannesmann просила перепроверить списки гостей на банкет по поводу приезда товарища Дамбицкого. Нужно утрясти пару формальностей с немецкой охраной, пока они все в кулуарах.

— Ах, эти ваши вечные согласования… — Фурцева шутливо погрозила ему пальцем, однако в ее голосе сквозило абсолютное благодушие. — Ладно, бегите к своим промышленникам. Но чтобы к началу второго акта были на месте! Пропустить такое зрелище будет преступлением. Альбиночка, идемте!