компании. Сохраняя спокойное лицо, он тем временем усиленно анализировал завершившийся разговор. «А доктор-то сплоховал. Видимо, недавно на контакте со спецами, не приучили еще рот держать на запоре. Кореляне — безумные формалисты. Получи они медицинскую карту и анализы от карантина, так бы и озвучили: по данным карантинной службы. Оговорка про их личные данные означает только одно — на мою девочку документы собрали их собственные агенты. И слишком уж только что законченные игры с картинками напоминают психологические тесты. Выходит, кого-то до смерти интересовал не только мой старый друг, но и его дочь?» — Ларали, платье будем завтра покупать? — Нет, дядя Шранг. Я пока не хочу. Мы выберем платье потом, когда мне сделают красивую прическу. — Прическу? Ну что же, тогда надевай комбинезон и пойдем отдыхать. Твои игрушки уже отнесли в нашу новую каюту. 19 августа. Орбитальная станция Гаршем-Периферия. — Сэр, старший наряда лейтенант Ар-семнадцать. Попрошу вас соблюдать спокойствие и ответить на ряд моих вопросов. Черная лакированная человекообразная машина замерла рядом со столиком в кафе, где завтракал спасатель и его маленькая спутница. Четыре уверенных в себе человека застыли рядом со столиком, контролируя каждое движение сидящих. Шранг спокойно промокнул салфеткой губы, улыбнулся девочке и поднял глаза. — Слушаю вас, господин полицейский. — У нас запрос на ваш арест по подозрению в фальсификации документов, нападении на офицера службы Внешнего Контроля и незаконном конвоировании несовершеннолетнего. Вы можете что-либо сказать по этому поводу? — Могу. Предоставленные службой ВК документы устарели. Будьте так добры, считайте в моем коммуникаторе официальный пакет, заверенный вчера вечером колониальным судьей. Боевой робот включил сканер, получил от коммуникатора открытые частоты и загрузил необходимую информацию. Через мгновение он послал сигнал «отбой» группе захвата. — Прошу прощения, сэр. Действительно, произошло досадное недоразумение. Полиция Гаршем-Периферии приносит вам свои искренние извинения. — Не стоит, лейтенант. Я всегда рад оказать помощь тем, кто выполняет свой долг. Единственная просьба. — Слушаю вас? — Как я понимаю, пара вон тех джентльменов ждут моего ареста. Боюсь, вновь открывшаяся информация может вызвать их неадекватную реакцию. Очень не хочется устраивать тут потасовку и портить так хорошо начавшийся день. — Не волнуйтесь, полиция не позволит нарушать порядок кому бы то ни было. — Спасибо, офицер. Рад был общаться с вами. После войны