Пауза в разговоре затянулась. Мой собеседник о чём-то размышлял, то поднимая глаза к потолку, то постукивая пальцами по папкам на столе.

— Значит, Свердловск, говоришь, — пробормотал он, в конце концов, и начал листать потрёпанную записную книжку.

— Вячеслав Степанович, — пророкотал он в телефонную трубку неожиданно звучным голосом, — С Праздником прошедшим. Ага, узнал. Значит, быть нам богатыми. Как там ящичек мой, жив ещё? Вот и чудненько. Вопросов не задавали? Да, всё как договаривались. Ты на месте сколько ещё будешь? Понял, перезвоню, — хозяин кабинета откинулся на спинку стула и, отодвинув телефон, оценивающе посмотрел на меня.

— Интересные совпадения иногда происходят в жизни. Просто диву даёшься. Не успела новейшая аппаратура до Свердловска дойти, как оттуда гости пожаловали. Не правда ли, странно?

— Похоже, вы меня всё-таки в чём-то подозреваете, — улыбнулся я, — Поверьте, для меня тоже было неожиданностью получить перед Новым годом предложение на запись двух песен на «Мелодии». У нас в Свердловске своя, весьма примитивная студия, и наши записи попали вашему руководству.

— Что значит «своя студия»?

— Собрали пульт, купили неплохие микрофоны, и применили для записи два хороших магнитофона, правда, не студийных. И обвес кое-какой собрали. Сейчас вот мечтаю многоканальный магнитофон купить, и что-то приличное для сведения записи, например, тот же СТМ.

— А сколько он стоит, интересовались когда-нибудь?

— Надеюсь, не дороже современных катушечных «Акаев» высшего класса? — вежливо спросил я, ухмыльнувшись про себя. Пусть теперь попробует переубедить «упёртого дилетанта», что его товар мне нужнее.

— Ну, вы и сравнили. Это же абсолютно несоизмеримая техника.

— Согласен. Японцы мне тоже симпатичней, да и продать их всегда можно, если вдруг приспичит.

— Какая может быть студия на бытовых магнитофонах, пусть и высокого класса? — по-бабьи всплеснул руками хозяин кабинета, вновь поднявшись из-за стола. Сообразив, что я его слова вывернул с точностью до наоборот, он заходил по кабинету, начав багроветь лицом.

— Мы же не профессионалы, — мягко прервал я его всплеск эмоций, — По двенадцать часов в день записываться не собираемся. У нас техника за неделю от силы часов шесть нарабатывает, а то и меньше.

— Тогда зачем вам профессиональная аппаратура?

— Вы знаете, посмотрел, как звукооператоры у вас работают, и вдруг загорелся. Вот сейчас с вами разговариваю, и сам себя понять не могу. Вроде, и не очень надо, а хочется, — вдохновенно вещал я, глядя на мир наивными глазами подростка. А то я не знаю, что СТМы серьёзная профессиональная аппаратура, пожалуй, не очень-то и уступающая любой студийной технике своего времени.