Закрыв глаза, попробовал расслабиться. Но тяжело это сделать, когда живот так сильно болит… Как вдруг я услышал скрип дерева и голоса. Но я не понимаю азербайджанский. Ну, кроме десятка другого слов… И, кажется, у меня есть все шансы пополнить свой словарный запас…

— Эй, ты очнулся, парень? — спросил меня грубый голос, и я увидел перед собой две кляксы.

— Лучше бы… уже сдох… — прохрипел я.

— Сдохнуть всегда успеешь.

— После… тебя…

— Юморист, да? — разозлилась клякса.

— Когда… тебе жить осталось… совсем ничего… любой научится… шутить.

— Так он больной, что ли? — услышал я грубый голос. Это говорила вторая клякса. Но с акцентом. Сильным.

— А по нему не видно? — рыкнула первая клякса.

— Ну… Я подумал, что нарик какой-то…

Первая клякса простонала в ответ, а я пытался разглядеть обе кляксы, но пока зрение не могло сфокусироваться.

— Что… вам нужно… то?..

— Нам нужен Узкоглазый, — заявила первая клякса, а я держался секунду, потом вторую и на третьей рассмеялся, из-за чего, казалось, половину желудка выхаркал… В том плане, что кровищи было жуть сколько…

(аз — означает, что персонаж говорит на азербайджанском.)

(аз) — Да он сейчас сдохнет! — ахнула первая клякса, но я ничего не понял.

(аз) — И сидеть тебе десять лет, Мамонт. Максимум до четырёх сможем скосить.

(аз) — Сделай что-нибудь!

(аз) — Я тебе врач, что ли⁈ Позвали уже Бабира, ждём!

Пока они говорили, я откашлялся и тяжело задышал. Вроде, отпустило…

— Думаю… вам не мой… одноклассник Лёха… нужен…

— Ты — дебил? Ты прекрасно понимаешь, кто нам нужен! — повысила голос первая клякса.

— Видимо… дебил… не понимаю… И дайте обезбола… или добейте уже… уроды…

На уродов уроды не обиделись. Да и несерьёзно я с «добейте». Им от меня что-то нужно, и так просто они не избавятся от меня.

— Скажи, что нам нужно, и я принесу тебе лекарство.

— Не понимаю… О ком речь…

— Айвар нам нужен! Есть информация, что ты работаешь на него. Иначе как ты бы нашёл закладку⁈

— Дебилы… Мне бабульки почти пальцем… показали, где искать…

— Раз не хочешь говорить, страдай, — заявила первая клякса, и оба направились к лестнице и заскрипели ступеньками. Я же попытался уснуть, и… к моему удивлению, это удалось.

Правда, я раскашлялся и проснулся от боли в животе… Но одно хорошо, зрение уже стало получше. Но голова трещит.

С трудом я приподнялся и посмотрел по сторонам. Это была небольшая комнатка. Метров десять квадратных, а то и меньше. У стены одноместная старая кровать, повидавшая Сталина. А то и самого императора.

Я её захаркал кровью, как и стену… Впрочем на полу тоже следы крови. Да уж, давно у меня не было такого кровавого кашля.