— Что на втором ярусе? — щёлкнув фиксаторами контейнера, поинтересовался я у колдующего над крохотной походной печкой Ильи.

— Пусто. Гнёзд не обнаружил. Какие двери заблокировать можно было, я заблокировал, — не поворачиваясь, ответил парень. — Хотя после того, что мы тут устроили, вряд ли кто к нам полезет. По крайней мере, сейчас. Ай, чёрт!

Кузнецов, ругаясь, поднял с плитки горячий контейнер и поставил его на невысокий бордюр, идущий вдоль всей стены зала.

— Всё готово. Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста.

Электричество на этих уровнях функционировало, и мы бы, наверняка, нашли бы в какой-нибудь из забегаловок неподалёку нормальную рабочую плиту и даже стол со стульями. Однако, совершив такую ошибку дважды, третий раз совершать её не хотелось. И проблема была даже не в потенциальной опасности, грозившей из-за поисков.

Скорее, напротив, наше путешествие выходило каким-то расслабляющим. Идёшь-бредёшь по полутёмным, в различной степени сохранности уровням.

Любуешься различной агрессивной «живностью» да расходуешь боеприпасы. Словно в древнюю «бродилку» играешь, только с полным погружением. Даже «лут» в виде ценных кристаллов имелся. Одним словом, гулял бы и гулял.

Вот только эти уровни стали такими не сами по себе, а в какой-то степени с подачи Ильи.

Странное стечение обстоятельств не позволило Кузнецову раствориться, и Перун, обратил внимание на бактерию, мешавшую его работе. Обратил и впитал. А после вернул кошмары, что терзали парня обратно на станцию, поглощая уровень за уровнем.

И поэтому в начале нашего пути Илья становился всё более замкнутым и угрюмым, пока не взорвался, когда мы решили перекусить в одной из кафешек.

К сожалению, заведение оказалось не самым безлюдным местом. Посетителей хватало. Как наших, человеческих, так и перунской заразы.

Высушенные тела, развешанные, словно трофеи, на стенах, были связаны между клейкими нитями, и от каждого тела к огромной, четырёхметровой колонне тянулись тонкие сосуды. Эти толстые нити постоянно сжимались и расширялись, словно что-то прогоняя через себя. Хотя, что можно было выжать из столь высушенных тел, я не представлял.

И пока мы стояли и смотрели на всё это, из столба, пронизанного десятками дыр, раздалось мерное жужжание.

Одновременно с Кузнецовым мы вскинули оружие, но тут же в недоумении его опустили, так как в глубине одной из нор увидели лицо младенца, с невероятно яркими фиолетовыми глазами.

Судя по тому, как дёргалась его голова, непонятно как оказавшийся малыш внутри столба полз он наружу.

И моим первым желание было броситься к нему, чтобы помочь ребёнку, но Илья опередил меня, шагнув вперёд, протягивая ладонь в сторону малыша.