— Полноте, Ефим Евграфович, какие угрозы! Всего лишь констатация факта.

— Как-то это не вяжется с вашими же словами про статус, который нужно заслужить, и свой устав в чужом монастыре, — процедил тот в ответ.

А я проигнорировал очередной пинок Рина и невозмутимо возразил:

— Ещё как вяжется. Именно этим — подтверждением статуса и серьёзности намерений — мы и займёмся в ближайшее время. Да вот прямо сейчас, как только с вами побеседуем.

— И… каким же образом, позвольте поинтересоваться?

— Я кое-кого ищу, — снова перехватив взгляд барыги, признался я. — Это не связано с основной деятельностью Корпорации… вернее, связано напрямую, но не с коммерческой частью. Дмитрий Силин — вам о чём-нибудь говорит это имя?

— Абсолютно ни о чём, — отпёрся Лоськов.

Вот только еле заметно вздрогнул, что не укрылось от внимания Кумо. И о чём последний незамедлительно мне доложил.

— И всё же, — проявил я настойчивость.

— Нет, ни о чём. Я не знаю этого человека.

— Плохо, — вздохнул я. — А ведь могли бы уже сейчас начать доказывать свою полезность. Может, хотя бы фото посмотрите? Вдруг что-то вспомнится?

— Э-э-э… раз вы настаиваете, Алексей Александрович…

— Откройте, пожалуйста, доступ к «галерее», Ефим Евграфович.

— Вот, извольте.

— Это Дмитрий Силин, — повторил я, переправив фотку в память «нейра» Лоськова. — Посмотрите внимательно. И хорошенько подумайте о последствиях, прежде чем что-то сказать.

— Х-хо… хорошо.

«Инсталляция успешно завершена, капитан Заварзин».

Отлично! Можно, в принципе, на этом и закругляться. Только как-то нелогично будет, надо доиграть спектакль до конца.

— А что с ним… случилось? — сглотнул слюну Лоськов.

— Он пропал, — пояснил я предельно холодно. — Вместе с баржей «Великан», которую мы пытались обнаружить всю последнюю неделю. А до нас по ней безуспешно работали «спиридоновцы». Впрочем, их неудача меня абсолютно не удивила. Но вот то, что мы сами остались ни с чем… это, пожалуй, напрягает.

— И всё⁈ — не поверил своему счастью барыга. — Всего лишь уязвлённая профессиональная гордость?

— И это тоже, — кивнул я. — Но основная причина в ином. Дмитрий Силин мой двоюродный брат. Надеюсь, вы понимаете, что это означает? Понимаете,каких людей это касается?

— Боже… сочувствую вашему горю, — выдавил Лоськов.

И, судя по бегающему взгляду, ситуацию он уже просчитал. Ну а чего тут думать? То, что я Завьялов, уже давно секрет Полишинеля. А раз у пацана фамилия другая, значит, он родственник по женской линии. А сколько у нас в роду женщин? Правильно.

— Так вы точно ничего не вспомнили? — снова пригвоздил я барыгу жёстким взглядом.