Церемония прошла без инцидентов, да и осуществили мы её силами служащих Корпорации — наёмники смотрели, но не вмешивались. Парни с понятиями, молодцы. Надо будет их премировать, да и Владу благодарность объявить за удачный выбор. Правда, наблюдать нам с кэпом пришлось со стороны, через «дополненное пространство». Впрочем, так мы даже больше подробностей увидели, чем остальные коллеги. Да и эмоции особо скрывать не пришлось — я скрипел зубами и мало что не рычал, а Рин, к моему безмерному удивлению, даже скупую мужскую слезу с глаза смахнул, благо сидели мы без шлемов. Обнажив, так сказать, головы, как того и требовал обычай. И пусть объяснил он это ядрёностью пойла, что мы употребили за упокой души Терентьева со товарищи, но я-то знаю…

— Ну и куда теперь, симатта? — поинтересовался кэп, крякнув и занюхав пойло рукавом скафандра.

И почему мне кажется, что это тлетворное влияние механика Мягкова? Вот прямо в догадках теряюсь, ага.

— Пока к родным пенатам, на Картахену, — вздохнул я. — Надо расходники восполнить, да и с инфой, которую Кумо умыкнул, разобраться. А потом… там видно будет.

— Никак собрался и дальше за ниточку тянуть, э?

— А ты бы не потянул?

— Я это я, — отрезал кэп. — А тебе о Корпорации думать надо.

— Уже нет.

— В смысле⁈

— Знаешь, Рин, я последнее время много размышлял… анализировал… ну, почему лезу во всякое. И это притом, что вы с Рэнсомом и Дерриком хором твердите, что не должно мне такое.

— А толку-то? — резонно заметил кэп.

— Ну да, — повинился я. — Но речь не о том. Я просто чувствую, что… блин! Короче, я тут недавно сам себе признался, что стал свободен. Сам посуди: целей всех достиг…

— А как же мировое господство, э⁈

— Это не цель, это химера, — отмахнулся я. — А в остальном… от клановых условностей избавился, Корпорацию создал, родственников нашёл… собственно, всё. Шестерёнки крутятся без моего участия. И точно так же будут крутиться и дальше. Я по большому счёту уже и не нужен.

— Предприятию — может быть, — признал мою правоту Рин. — А как насчёт людей? Близких людей? У тебя семья.

— Чёрт… кэп, можешь считать меня психом, но… я ведь, по сути, и для них уже всё сделал — обеспечил всем, чем возможно, включая безопасность. И получается, что я теперь могу творить всё, что захочу. Сам захочу, а не кто-то со стороны. Любую дичь. На посторонний, понятно, взгляд.

— Ты не псих, ты грёбаный эгоист, — рубанул воздух ладонью Рин. — Слышала бы тебя сейчас Бетти-сан! Эх, всё-таки надо тебя взгреть… по-отечески.

— Взгрей, — не стал я спорить. — Но сначала выслушай до конца.