Она подошла к окну, из которого открывался прекрасный вид, и взглянула на суда, стоявшие на якоре далеко в бухте. «Господи, почему ты так судил, чтобы эта Лоис Беллами жила в таком великолепном доме, а я забралась в него воровать? Ну, будет, – одернула себя Трейси. – Довольно философствовать. Это всего один раз. И все кончится через несколько минут, если ты и дальше не собираешься стоять и прохлаждаться».

Трейси отвернулась от окна и пошла к портрету, описанному ей Морганом. Лоис Беллами смотрела твердо и надменно. «Да, – подумала Трейси, – на вид она и впрямь женщина не из приятных». Рама отошла на петлях вперед и обнажила небольшой стенной сейф. Трейси запомнила комбинацию: три поворота направо с остановкой на сорока двух, два поворота налево с остановкой на десяти и один поворот направо с остановкой на тридцати. Ее руки так сильно дрожали, что операцию пришлось начать сначала. Раздался щелчок, и дверца открылась.

Сейф был набит толстыми конвертами и документами, но Трейси не обратила на них внимания. У задней стенки на маленькой полочке покоилась замшевая сумочка для драгоценностей. Трейси протянула руку и схватила ее. И в тот же миг сработала сигнализация. Такого громкого звука Трейси никогда не слышала. Казалось, он отражался от каждого угла и с неистовой силой взывал о помощи.

Потрясенная Трейси замерла. Что-то получилось не так. Наверное, Морган не знал об отдельной сигнализации внутри сейфа, которая включилась, едва она дотронулась до драгоценностей.

Надо как можно быстрее выбираться. Сунув замшевую сумочку в карман, Трейси бросилась к лестнице. Но тут сквозь рев сигнализации различила другой звук – вой приближающейся полицейской сирены. Во рту у Трейси пересохло, и она в страхе замерла на верхней площадке. Метнулась к окну, отодвинула штору и вгляделась в темноту. К подъезду дома подкатила черно-белая патрульная машина. Один полицейский в форме побежал к задней двери, другой – к парадной. Спасения не было. Сигнализация надрывалась, и ее звук напомнил Трейси ненавистные звонки в коридорах женской тюрьмы Южной Луизианы.

«Нет, – подумала Трейси, – я не позволю упечь себя обратно».

Дверной звонок трезвонил не прекращая.

Лейтенант Мелвин Дюркин служил в полицейском участке Си-Клиффа уже десять лет. Си-Клифф слыл тихим городком. Самыми большими неприятностями, с которыми сталкивалась полиция, были кражи машин, вандализм и иногда по вечерам в субботу пьяные дебоши. Сигнализация, сработавшая в доме Беллами, относилась к другому разряду происшествий. Ради таких преступлений лейтенант Дюркин и вступил в полицию. Он знал Лоис Беллами, и ему было известно, какая ценная коллекция картин и драгоценностей хранилась в ее доме. И поскольку этот дом был лакомой приманкой для воров, Мелвин в отсутствие хозяйки время от времени навещал его и устраивал проверку. «И вот сейчас, – думал лейтенант, – мне кто-то попался. – Он был всего в двух кварталах от дома, когда из охранной компании поступил радиосигнал. – Очень хорошо для послужного списка. Чертовски хорошо».