Не понятно, кого он просил разойтись, может, белочку поймал, а может, так привлекал внимание соседей к своему геройству. Не каждый ведь день удаётся пожар потушить. Залив огонь, он постучал ведром по раме, сбив остаток острых осколков и по-молодецки запрыгнул в дом. Через пару секунд на улицу вылетела тлеющая простынь и послышался мат.

Входная дверь скрипнула, и на порог вышел дядя Коля. Он провёл ладонью по лицу, размазав сажу, и обратился к моей маме.

— Вижу, баба ты горячая, так порезвились, что пожар начался? Ик! — старик расплылся в дебильной улыбке и икнул.

— Идиот, — фыркнула мама и потащила меня в баню.

— Темпераментная, — прокомментировал дядя Коля и побрёл к себе домой, громко гремя вёдрами. — Бабы мелят кукурузу, сиськи хлопают по пузу! Ну а я — молоденький, до любви голодненький! — затянул он частушку нетрезвым голосом на прощание.

Пожар напомнил мне одну прописную истину. Никогда не оставляй врагов за спиной. Да, возможно это противоречит моему идеалистическому устремлению создать мир во всём мире, но есть люди, которые способны лишь разрушать. В прошлой жизни от таких я избавлялся. Порой, очень жестоко. Ведь если их пощадить, они воспримут это за слабость и продолжат пакостить.

Мама затащила меня в парилку. Там было ещё тепло. Усадила на полку, а сама вышла в предбанник и стала смотреть в приоткрытую дверь в ожидании Гава. Капитан вернулся спустя десять минут. К моему разочарованию, топор был чистым.

— Ушли, паскуды, — выругался он, подходя к бане.

Мама тут же налетела на него с расспросами, кто это такие? Что происходит? Почему они напали? А когда получила ответы, накинулась с обвинениями в стиле «Ты обещал, что они не вернутся!». На этой ноте я вышел из бани и сказал:

— Нужно было их слазу пликончить.

— Без тебя разберусь. Убийца малолетний, — фыркнул Гав.

— Ага. Уже разобрался, — возмутилась мама, положила мне руку на спину и затолкала обратно в баню.

— Я сказал, что разберусь. Значит — разберусь! — рявкнул Гаврилов, когда дверь предбанника захлопнулась перед его носом.

Мама лишь прошептала что-то ругательное и пошла застилать полки в парилке. Да, спать на деревяшках неудобно. Думали подстелить полотенца, но они ещё не просохли. В итоге, мама подкинула в печку пару поленьев и мы легли спать на полке. Удобство было минимальное, а азарт — максимальный.

Пока мама лаялась с Гавом, я призвал Мимо. Никто не заметил его в ночной мгле. Мимик принял облик небольшой собачки и побежал по следу горе-поджигателей. Я прижался поплотнее к маме, а сам переключился на зрение мимика. Он нёсся через заросли кустарника, подлезал/подныривал под заборы, перепрыгивал лужи и в конечном итоге остановился около кирпичных гаражей.