— Офигеть! — выдала в эфир Беатрис, так и стоящая тут с нами. — Это наши?

— Скорее всего, — хмыкнула Снежка. — Только остановит ли это наших друзей? — Кивок на мониторы.

— Остановит, — констатировал я. Ибо несмотря на лёгкие скафы, они срочно кинулись к своим транспортам, убирая оружие. — У них есть план отхода. И они хотят выжить. А значит, это наёмники, не шахиды. И за ними очень серьёзные силы.

— Командор, гермозатвор вроде целый, но я не гарантирую, что удержит атмосферу, — доложился Дайсон. — Ребята, девчонки, продолжайте молиться! И да, дыхательные маски в подсобке.

— Приниси и раздай всем, — махнула Снежка одной из гномиков. — И Хуаните на лицо наденьте.

— Тринадцать-шесть — оперативной, — голос Катарины. — Держитесь. К вам послан дрон, а ещё мы открыли кингстоны, запускаем к вам атмосферный воздух. Если это не шахиды, они свалят.

— Это не шахиды. Они эвакуируются, — успокоил я.

— Пусть эвакуируются, встретим. Держитесь, вы молодцы! — похвалила она и отключилась.

— Твою бога душу! — облегчённо выдохнул Дайсон. Беатрис же села-таки на стоящий в гостиной диван и… Заплакала.

— Розита… Там… — Снежка с тоской посмотрела на камеры внешней безопасности. — Мальчики, можем хоть на несколько сантиметров приоткрыть гермозатвор? Чтобы втащить её. Даже если не раздавит — она задохнётся. Там же кислота.

Ктулху отрицательно покачал головой.

— Они спалили нахрен всё. Только взрезать. Это даже без учёта того, что мы отстрелили все механизмы. Там всё выгнуто и деформировано. Нас самих, чтобы вышли, теперь вырезать придётся.

— Розита… — Слёзы потекли из её глаз. Я мог бы встать и утешить, но не стал. Я также переживаю смерть каждой из них, они — мои напарницы, моя группа. И я сам сделал их хранителями. И мы на войне, под богом ходим. А на войне есть потери, на то она и война.

— Оперативная, закрыть кингстоны, — вызвал я корпус. — Наёмники уехали, а у нас снаружи восемнадцать-три. Без сознания, скорее всего оглушена.

— Есть, тринадцать-шесть, поняла, — такой же ровный голос в ответ. — Вызываю к вам скорую. Ещё пострадавшие есть?

— Восемнадцать-семь. Скорее всего, контузия. Но жива, она в «Берлоге», с нами.

— Поняла. Вызываю кого смогу. Кингстоны перекрыты. Тринадцать-шесть, тело восемнадцать-три с дрона вижу, на вид жива или нет не определить. Ожидайте подкрепления.

— Ждём, — развернул я кресло от мониторов. — Нам повезло, удар выдержали. Чудом, и, возможно, не все, но всё же. И пока у нас куча времени, парни, Снежка, Беатрис, вопрос. Что бы вы, на ваш взгляд, сделали с «Берлогой», чтобы такого больше не повторилось?