— Сколько? — перешёл на деловые рельсы Этьен, а это был он. — И кого? Специализация?

— Всех! — отрезал я. — Этьен, я нанимаю всех, кто на планете и готов исполнять работёнку, которую нельзя исполнять силовым структурам. Нанимаю ВСЁ «Братство».

— ВСЁ? — неверяще уточнил он.

— Именно. Сорок вас человек, сто, двести, тысяча — нанимаю ВСЕХ, — повторил я это слово. — Оплата восемьсот пятьдесят империалов в день рядовым бойцам, тысяча пятьдесят — командирам групп, тебе — полторы тысячи.

Оценочная пауза. Это не намного, но чуть-чуть больше, чем зарабатывают ЧВК во время боевых действий. Когда не в казарме сидят, а именно воюют, объект охраняют, партизан вокруг гоняют.

— Что нужно делать? — В голосе интерес.

— Всё! — лаконично отчеканил я. — И если скажу стрелять в женщин и детей — вам придётся стрелять в женщин и детей. Потому подумай, кого брать.

— Если это связано с захватом «трёх девяток» — мы в деле, — всё понял он правильно и мгновенно и принял решение. — Пока обещаю сто пятьдесят человек, но если дашь время, найду до двухсот сорока.

— До утра времени хватит?

— Да.

— Отлично. В шесть утра сбор около «Берлоги». С этого момента начинается ваш контракт.

— Принято.

— Систему связи тебе передадут. Я в ней буду забит как Мегалодон, мой новый позывной.

Пауза, анализ, вердикт:

— Круто! А кто это?

— Рыба такая, акула. Большая. Сейчас уже не водится, вымерла.

— А-а-а-а… — потянул он и повторился. — Да, круто.

— И это, Этьен… Тебя тоже не годится по имени называть, — каверзно улыбнулся я. — У тебя будет позывной Француз.

Пауза, снова анализ, и снова вердикт:

— Но я не француз!

— А я не рыба. И что теперь?

Он сквозь зубы заматерился, но выдал:

— Принято.

Рассоединение.

— Мишель, Сирена, сможем укомплектовать две-три сотни наёмников? — сощурился я, глядя на гостей за столом.

— Легко, — ответила Мишель. — Сколько дашь людей — столько и обмундируем.

— Хуан, вопрос в том, что они всё же не силовики и должны от нас отличаться, — острастила Сирена. — Каждый из них должен носить на рукаве шеврон «Братства». Чтобы выделяться. Хотя бы шеврон.

— Если обещаете, что не «кинете» их, не привлечёте за содеянное, что это только ради маркировки — я не против! — воздел я руки к небу.

— Да что у тебя все мысли о предательстве! — вскипела королева. Но под тяжёлым взглядом его превосходительства взяла себя в руки. — Не «кинем». — Это, пренебрежительно, мне. — Действуйте. Девочки?

Обе бывшие напарницы королевы по взводу закивали.

— Отлично, — кивнул им всем. — Идём дальше. — И вызвал Макса.

— Гладиатор-Командору, как слышно? — проговорил, когда связь активировалась, но на том конце повисла изучающая тишина.