Милош согласился. Да, братство реконструкторов — это действительно братство. Они не политики, они просто воссоздают эпохи. И воссоздавать эпохи вместе — гораздо легче, проще и… Больше кайфа что ли? Культурный обмен, общение. А потому те, кто побывал на международных турнирах, едут туда ещё и ещё. Не за победой — именно в этом спорте важно в первую очередь участие.

Получается, Венера хочет прислать сюда своих… Представителей? Подключиться к культурному обмену, несмотря на миллионы километров расстояния? Сюда, в Сербию, в богом забытый край? Привезя, конечно же, деньги и инвестиции?

— А про венериан что скажешь? Что за перцы? — нахмурился он от следующей мысли — она была слишком уж сладкой и шоколадной.

— А вот про них ничего не скажу, — расстроил Ибрагим. — Юра их не знает. Как и его кореша. Тоже где-то как-то пересекались, и всё. Но раз говорит, что ребята серьёзные — значит серьёзные. Несерьёзные на другую планету ради участия в чём-то не потащатся.

Звучит логично.

— Хорошо. Сколько там времени на Венере, они ж по Среднеюжноамериканскому живут? Скоро у них утро, до утра перечитаю переписку, и если что, обращусь.

— Давай, брат. И не подставляй больше.

Но и через два часа ситуация не прояснилась. И через четыре. Наоборот. Более того, чем больше он смотрел информацию из открытых источников про эту группу, тем больше ощущал… Ну, может не мошенничество напрямую, но какую-то подставу. На заказной постановочный фильм с реквизитом их запрос тянул в последнюю очередь. И, поняв, что совсем запутался, набрал номер человека, с которым не общался уже два года как. Если не больше. И номер не стёр совершенно случайно.

— Селеста? — На другом конце ответили быстро, хотя он думал, что вообще не дозвонится. Особенно если её перевели в головной офис, и она живёт по Каракасу, а она, скорее всего, точно где-то в Империи.

— Милош? — Удивление. — Какими судьбами?

— Если честно, сугубо по делу, — сразу поставил он рамки, намекая, что совершенно не жаждет повторения отношений. Да и отношениями их связь назвать было сложно.

— Тогда говори. — Селеста придерживалась той же позиции — прошлое в прошлом. А в остальном она деловой прагматик.

— Мы тут, у себя, в Федерации, живём простой жизнью, мало интересуемся мировой политикой и чужими странами. И нам бесконечно далеки ваши латиноамериканские реалии. Помоги разобраться?

— Слушаю… — В её голосе проявилось раздражение. Ну да, журналистка одного из ведущих латиноамериканских информационных агентств, ей подавай сенсации. А тут не он даёт ей намёк на тему, на которой можно «подняться», а сам просит разъяснить.