— Парни, надеюсь, поняв, кто перед вами, вы осознаете важность миссии? — сразу взял я быка за рога. — Говорю сразу, я не торгуюсь. Я могу дать вам в разы больше, чем такое стоит по таксе, но и втирать очки мне у вас не получится. Ответ за свой базар и свои поступки один — ваша жизнь. Готовы?

— Что надо делать? — Это латинос.

— Снять жестокое порно. Очень жестокое! Членовредительство приветствуется, самое жёсткое из возможных, причём без таких атавизмов, как стоп-слова. Девочке должно быть на самом деле мучительно больно, и это должна увидеть вся страна. Вся-вся, вы будете в прямой трансляции. А потому лица закрыть, татуировки замазать — у вас есть краска для тела?

Троица переглянулась.

— Найдём! — выдал вердикт латинос, он по ходу у них за главного.

— Я не просто так обратился к своему давнему другу, — кивнул на Шамана. — Дело в том, что обычных артистов в том, что собираюсь организовать, использовать не получится. Ибо у меня нехорошее предчувствие, что во время съёмок мне придётся грохнуть кого-то рядом с вами. Другую девочку. Это плохая девочка, и дружит с ещё более плохими девочками, захватившими в заложники детей. Ответственность — лично моя, я отвечаю напрямую перед королевой. Тут её дочь и наследница, — кивок на спутницу, — которая будет контролировать процесс от имени мамы. А потому вам полная и всеобъёмнейшая индульгенция за ЛЮБЫЕ действия, кроме убийства. Убивать право только у меня. Что же касается вас, вы должны продолжить начатое даже после того, как рядом чья-то башка разлетится от попадания снаряда рельсотрона. Вопрос к вам, у вас получится продолжить? Не упадёт?

— Мы не из неженок!.. — криво оскалился мулат посветлее.

— Я — точно в деле! — А это повторил оскал тот, что потемнее.

— У нас есть специальные уколы. Колятся в рабочий орган, если возникают проблемы. Всё с собой, со всеми смазками и реквизитом, твой друг нас предупредил, — уважительный кивок латиноса в сторону Шамана. — Но мы хотим десять тысяч… Каждому.

— За один раз работы, — добавил мулат потемнее и снова оскалился, но теперь довольно.

— В этот «раз» входят любые контакты с любой девочкой, девочКАМИ, которые будут на сегодняшнем шоу, — повторил я оба оскала, по очереди. — И парни, ещё раз, торга не будет. На сцене мои приказания выполняются беспрекословно. Любая нелояльность, любое качание прав… У меня индульгенция на ЛЮБЫЕ убийства! — сделал я большие глаза.

— Бро, не пугай, — а это латинос. — Мы уже перетёрли этот момент. Надо — так надо. Или ты думаешь, что если мы из другой лиги, то не любим детей?