— Девчонки, мне нужно кольцо.

— Какое? — не поняла Мия, а вот Роза и Кассандра нахмурились.

— Моё. Доставшееся от бабушки. Которое мы забрали в Горске, в коробке с вещами.

— Хуан, может не надо? — Кассандра отвернула мордашку в стену салона, где визор транслировал панораму вместо окна.

— Надо.

— А если ты передумаешь? — А это Роза.

— Не передумаю. И не надо уговаривать, дескать, подумай ещё — пора.

— Она прилетит! — тяжело задышала Кассандра. — Мы переписываемся. Она собирается возвращаться, только доделает какие-то дела!..

— Девочки, она улетела, — констатировал я, признавая то, что давно было пора признать. Да, больно, сердце кровью, но и через это пройти надо. — Оставила нас. Я буду ей рад, но жизнь идёт совсем не так, как мы планируем, и даже как нам хочется. Я влез в это, и пора заканчивать. Ставить точку.

— А Изабелла как же? Как же то крутое колечко? — съехидничала Мия. — Оно же лучше простого бабушкиного.

На это лишь пожал плечами.

— Зато бабушкино ценнее для меня самого. И моя избранница не может этого не понимать. Вы ещё не поняли, девочки, что на кону? Игры закончились. Вместе с окончанием операции «Кабальеро плаща и гитары». Проба сил в прошлом, теперь время серьёзных битв и серьёзных заруб. Это называется «добро пожаловать во взрослую жизнь».

— Ты уверен, что готов во взрослую жизнь? — грустно посмотрела на меня Кассандра — ещё момент, и по щеке потечёт слеза.

— Да. Это непростое решение. Но я уже не мальчик. И должен так поступить. И не боюсь так поступать. И я ХОЧУ это сделать! Понимаете?

Мия бросилась ко мне и утонула в объятиях.

— Как мы проморгали это, Хуан? — А по щеке Розы слёзы таки потекли.

— Проморгали что?

— Что ты стал взрослым…

Кассандра присоединилась к обнимашкам, степенно обняв и меня и Мию с другой стороны.

— Если ты точно знаешь, что делаешь — отдадим. Но оно не у нас. Оно на Улице первого космонавта Гагарина. Мы спрятали. Надо забрать.

— Вы на выходном. Ключи есть? — Я был ей благодарен. Думал, мозг всё-таки попытаются вынести. Да, бесполезно, но нельзя ж не попытаться, это ж женщины.

— Обижаешь! — Это Роза. — Конечно, есть.

— Ты сейчас на дело? — констатировала Кассандра, отстраняясь. — Будешь занят. Завтра с утра отдадим — как раз заступим.

— Хорошо, девочки. И… Спасибо. За понимание. Вы всё равно всегда будете моими девочками, что бы ни происходило дальше. Я в вас верю больше, чем в себя.

Потом мы обнимались все вместе, вчетвером, после чего они, повытирав влагу на щеках, вылезли из «Либертадора», и смотрели мне вслед. У меня впереди было важное дело, но ехал я на него с лёгким сердцем. Всё получится, это МОЯ страна, я знаю, за что сражаюсь. Моя в самом прямом смысле этого слова.