— Как не знать! — презрительно к моему интеллекту хмыкнул он.

— Они и дальше будут глядеть друг на друга буками, сближения наших атомов и дальше будет невозможно из-за отталкивающих сил, но фактически мы прореагируем, будем делать одно дело, и с уважением будем относиться к интересам друг друга, как будто никакой вражды нет. Ты для всех чист, агнец. С тобой работать готовы. Весь вопрос, чтобы сделать тебя лицом переговорв, но тут ваша территория, а отец у тебя не дурак.

— Маргарита? — По лицу будущего друга пролегла тень.

— Есть сомнения, что без отца она будет самостоятельна, — выложил я свои мысли, но сомневаюсь, что Фрейя этого не понимает. — За неё компанией будут править «бароны» по линии мамочки. А нам бы этого не хотелось.

— Лучше преданный обязанный тебе союзник, чем… А потом, когда будет поздно, а цели достигнуты, можно и переиграть, да?

— Андрюша, не смеши мои тапочки! — перебил я, вкладывая в голос иронию уже относительно его интеллекта. — Если ты становишься главой компании… Что мы будем иметь на тебя? Да ничего! У них, — палец вверх, — до хрена чего на твоего отца. Его бы давно засадили. Но нет, не трогают. А на тебя там вообще ничего. Нет, я говорю о сотрудничестве. Добровольном. И… Долгосрочном. Давай изменим будущее? Напишем новые правила?

Адриано отложил истекающий соком манго, долго вытирал от сока руки, рот. Откинулся в кресле.

— Что ж за порошок такой, что вы готовы с нами так разговаривать, пусть и в моём лице? — криво усмехнулся он.

— Манзони, ты большой мальчик и понимаешь, мир не зависит от какого-то порошка, — покачал я головой. — Мы оказываем на мир какое-то ограниченное влияние, но уж слишком ограниченное. Порошок — повод. Моё желание выстроить на Венере собственную коалицию, чтобы прогнуть этот мир — причина. Просто я подошёл чуть раньше, чем… Появился бы другой повод.

— Я тебя правильно понял? — прищурился он.

— Совершенно.

Помолчали.

— Отец наследников всегда в игре, даже будучи женатым на другой женщине, — как бы отстранённо произнёс он.

— Если вы готовы вернуться — дерзайте, — поддержал я, ибо отвечать на предыдущий комментарий не требовалось. — Завтра в полдень состоится заседание Совбеза по данному вопросу, ты приглашен. Но если дуетесь, понты прорезались, обиды и туннельного эффекта не получится — не обессудь. Справимся без вас. Да, я заморочился и приехал, но упрашивать и умолять не буду, а за взрывотехников после подавления мятежа и освобождения «трёх семёрок» вам перечислят, выставите счёт, и даже торговаться никто не будет. Но на этом всё.