— Н-никак нет… — испуганно покачала она головой. — Да-да, конечно, всё сделаем…

— Вот и отлично. Катюш, пошли в штаб. Девчонки, вы дождитесь Изабеллу, и поступаете в её группу. В душ по очереди схОдите.

Трое ангелов, охраняющих объект, козырнули.

Кстати, сеньор Суарес предаст своих, если выберет жизнь дочери. И его убьют. Конечно, в противном случае его убили бы мы… Но получается, что я так и так делаю Каролину сиротой?

А вот от этой мысли внутри не ёкнуло. Да, я чудовище, но наказание виновных под эту статью не попадает.

— Я всё равно буду себя ненавидеть. — Мы сидели чуть в стороне, в углу штаба, знакомил её с деталями, и нам никто не мешал. — Я пытал однажды невинную девочку. А теперь послал бойцов… Нанести сопутствующие потери невинным. Просто потому, что их отцы и мужья связались не с той компанией.

— Так и знала, что начнёшь хандрить! — победно засверкали её глаза. — Слушай, Чико, можно я по старой памяти буду тебя так называть? — Я насупился, молчал, но согласия тут и не требовалось. — Слушай, сейчас ты мой командир, я должна подчиняться тебе, но я всё же возьму на себя смелость покомандовать тобой, и сказать, что ты — идиот. На правах наставницы, учившей тебя ходить и вытиравшей тебе первые сопельки. Понимаешь, я — тактик. Я спасла ОДНУ девчонку, перевернув на задании всё с ног на голову. И больше скажу, пошли ты меня к семье Бруно — я бы и их спасла. И Лопес. И Мендес. И кто бы там ни был ещё. Я спасу ВСЕХ, куда бы ты ни послал!

Вот только если ты меня клонируешь пошлёшь везде, мы проиграем, понимаешь? Потому, что я не вижу всю картину — только своё непосредственное грёбанное задание. А вот твоя голова должна болеть не о Бруно, Мендесах и Суаресах, а о глобальной победе! Ты — стратег, главком… Вот и будь им, твою мать! — воскликнула она. — Да, это смерть женщин и детей. Но это военная необходимость. И не надо сравнивать себя с Торресом, для которого смерть горожан — тоже же военная необходимость. У вас совсем разные мотивы и цели. Он это начал, а ты лишь защищаешь то, что тебе дорого. А значит, совесть твоя чиста.

Я молчал. Катарина, не желая успокаиваться, но и не находя нужных слов, подскочила и заходила по штабу. Ортега, Чупакабра, Сюзанна и остальные ветераны, кто был внутри, старательно делали вид, что ничего не видят. Как и операторы, и помощники. Вернулась. Пронзила меня злым взглядом.

— Знаю, зачем ты привёл меня сюда. Да, я бы сделала всё не так. Но «не так» — не значит лучше, Чико!..

Пауза, голос её потеплел, налился нотками нежности.

— Ты вырос, мой генерал, мой повелитель. Перерос свою наставницу. Я буду рядом, поддержу, подставлю плечо… — Катарина подалась вперёд и провела мне ладонью по щеке. — Но не смотри больше на старую Ласточку, как на источник мудрости. Лети сам. Ласточка быстрая и вёрткая, но ты — Кондор, истинный сын Анд. И именно ты должен решать, как быть здесь всем остальным.