Это именно его мужики вправляли мозги потерявшим берега молокососам, как только те поняли, что чуть было не допустили фатальную для себя ошибку. Ну я еще добавил, сообщив, что тот, кто не хочет соблюдать железную дисциплину, может разворачиваться на сто восемьдесят градусов и возвращаться домой. Такие нарушители дисциплины, способные подставить под удар собственных товарищей, в грядущем походе нам совсем не нужны. И вообще, у меня сложилось такое впечатление, что и ветераны, и молодежь кинулись в эту авантюру только потому, что после заключения мира с амазонками и слияния с ними в двуединое целое под эгидой мадам Кибелы жизнь для этих людей утратила всякий смысл, а наш поход обещал им славное будущее и жаркие бои. Таковы они все — и молодые волчата, и матерые волки, жаждущие свежей крови.
Поэтому пришлось жестко ставить перед Колдуном, отцом Александром и Коброй задачу на разработку групповой клятвы верности, скрепленной заклинанием самоуничтожения и магическими печатями. Групповой — это потому, что работа в индивидуальном порядке, как с тремя американками, продолжалась бы до морковкина заговенья. Все равно все тевтоны — и старики и ветераны — должны были пройти у отца Александра через обряд крещения, и представлялось разумным совместить крещение с принесением ими клятвы верности.
Такой групповой обряд крещения состоялся позавчера в маленькой бухточке недалеко от лагеря. Удивительно, но крестившись в водах внутреннего моря, получив свое первое причастие и поцеловав знамя 119 стрелкового полка РККА при принесении клятвы верности, тевтоны как-то неуловимо преображались, становясь более вменяемыми и спокойными, почти умиротворенными. Возможно, роль сыграли искренняя вера и моральная чистота отца Александра, а быть может, причина столь дивных перемен заключалась в том, что Отец все время стоял у того за плечом, помогал и направлял.
Кстати, вместе с тевтонскими полками пришел обоз из тысячи снаряженных телег, каждая из которых была запряжена четырьмя флегматичными битюгами и обслуживалась парой сервов — один мужского, другой женского пола, одетых в серые грубые хламиды и обутых в сандалии с деревянной подошвой. Всего около двух тысяч человек. Их тоже пришлось крестить, привести к клятве и переодеть, иначе было никак.
Кроме всего прочего, в течение этих двух недель наша пятерка тренировалась в использовании порталов, и теперь это с каждым днем получалось все лучше и лучше, опасных ситуаций больше не возникало. Кстати, тот мир, в который мы тогда попали, как раз и был тем, куда нам требовалось совершить первый скачок. Собственно, я усомнился что в одном мире с гигантскими хищными динозаврами или подобными им тварями возможно существование хоть какой-нибудь человеческой цивилизации, пороки которой нам вменялось попутно исправить. Сожрут ведь к чертовой матери, не говоря уже о том, что никаких людей без исчезновения динозавров образоваться просто не могло.