Существенным минусом стало то, что такой способ крепления блокировал створки костюма, не позволяя мне выбраться из него в случае необходимости. Хотя трудно представить, что может случиться такого, что мне будет безопаснее снаружи, а не внутри брони.

Закончив гнуть металл, я, взяв в руки резак, проварил в нескольких местах, постаравшись предать конструкции прочности. Закончив с этим, закинул конец крепления за шлем и начал потихоньку сгибать, подгоняя под плечи и молясь, чтобы труба не треснула.

Удачно пройдя проверку на гибкость, металл принял необходимую форму, и я с облегчением выдохнул. На экране тут же возникла Алин, но я ее опять проигнорировал.

Покрутившись с обновой на плечах, снял ее и поставил на пол. Дети на мои звуки почти не реагировали, лишь изредка вздрагивали. Разблокировав скаф, выбрался наружу. Собрав аптечку и весь хлам, оставшийся после нас, в один из контейнеров, я занял свободное кресло и погрузился в размышления.

Ситуация складывалась неприятная. С одной стороны, план по спасению команды «Осьминога», основанный на надежде, что их корабль все еще пристыкован к станции и находится в полном порядке. Но, как говорится, есть один нюанс. Форх утверждал, что этот сектор необитаем, и разумных здесь не встретить. Теперь же у меня под боком спять двое «местных» а где-то в округе ходят эти отморозки Медные, хрен знает, в каком количестве.

Шансы, что лодку не обнаружили, стремительно катились в бездну местного океана. Как вариант, я мог бы попробовать вернуться по маршруту общины Рэфа и Лирэ, как-никак они прибыли из жилых секторов. Вот только переселенцы двигались около трех месяцев, и даже если рассчитывать на то, что они перемещались ну очень медленно, с частыми остановками, меньше трех-четырех недель мой путь точно не займет.

Даже если я буду бежать сломя голову, без сна и отдыха, у меня оставалось всего две недели, а потом придется передвигаться на своих двоих. Я прекрасно осознавал силы и супергероем, способным раскидать толпу врагов, себя не ощущал. Без оружия у меня не было шансов даже с радусом справится, а про спрута вообще молчу. И это я перечислили только тех местных обитателей, которых видел лично.

Значит, все-таки корабль. Вот только чего мне ожидать от Алин и ее товарищей, после того, как мы их спасем? Дружеских объятий, или шокер в спину, а потом «Добро пожаловать на невольничий рынок». Я прекрасно помнил слова Форха про это, а судя по его отношению к Медным, слишком долго раздумывать он не будет.

Вопрос о доверии по отношению к Алин тоже был не так прост. Да, с одной стороны было очевидное предательство и готовность обменять мою жизнь на свое выживание. Она могла бы сразу сама рассказать мне, и, возможно, вместе мы бы смогли найти выход.