— У меня один вопрос. — я сделал лицо кирпичом. — А ЧО ТАК МОЖНО БЫЛО⁈ Нападайте уже, ну давайте, сладкие.

Я опять сменил форму, теперь на выпирающие мускулы, и произнёс фразу из японских творений:

—Omae Wa Mou Shindeiru! (Ты уже мёртв!) — мой накаченный палец указал на борова.

Тело метнулось стрелой, и я оказался в полуметре от жертвы.

— Самое время пафосных убийств… членом! — я увеличил размер своего меча и изменил форму своего детородного органа заострив его.

Пафосно заведя руки за голову и издав томный стон, я закрутил свой член вентилятором. Звук разрываемого воздуха немного отрезвил некоторых, но лишь ненадолго, потому что я нахуй ебал их мозг. Ку-хи-хи!!!

— ЭЭЭЭЭЭЭ!!! — это очнулись мои спутницы.

— А ты и так мог⁈ — восхищенно захлопала Алиана.

— Могу и не так, смотри, восхитительные харчки. — изменение слюны и ядовито-кислотный плевок сносит голову одному из золотожопиков.

— Круто!!! — захлопала в ладоши девушка.

— Как мы выберемся отсюда, я тебя убью! — воскликнула Янь, хватаясь за своё оружие.

Кажется, охранники острова-тюрьмы или скорее границ оккупации. Хз, как это правильно назвать, да и похуй. В общем, эти дятлы очнулись и осознали, что их кажется немножко убивают.

Разрывать руками человеков и пожирать их тела! Мм, вкусняшка. Хорошо, что для этого не нужно жрать ртом, а то людишки такие противные — хотя, если это нежное тело самочки, ммм. Внутренний гоблин, может ты своё ебло прикроешь? Или я нахуй зайду в чертоги разума и выебу тебя в жопу и стану новым секс-меньшинством. О, заткнулось животное, умничка, уебище.

— Продолжаем веселье? — помахал я оторванной рукой, которую увеличившейся пастью скушал.

— Ну Янь! Не криви мордочку! Ты уже привязана ко мне, ку-хи-хи! — мерзко захихикал я.

А вот бедняжка Инь подобное трудно переносила, сражаясь с бледностью на лице.

— Я знала что это ты! Я подозревала! Нам говорили про Хэймона из пещеры гоблинов! Но я это игнорировала! — причитала девушка, отбиваясь от нападающих на неё мужчин.

Алиана веселилась, поливая всех огнём, закручивая его в причудливые формы. Танец огня, несущего смерть, мог бы восхитить, но Хэймон танцор лучше, кровь и каша, что он создавал, добавляла антуража, а ещё песенка, которую он пел в таверне, про танцы на могиле, мммм…

Эээ, что это я, о себе от третьего лица думаю? Боги! Кем бы я не был, но я был тем ещё долбоебом и психом. Помолимся за упокой. Надеюсь, он сдохнет побыстрее и не будет отравлять миры. А, хотя кому я пизжу, от меня мир не избавить, ку-хи-хи.

— Кто не спрятался, я не виноват! — крикнул я тем, кто решил не принимать участие в резне.