— Знаете что, герр Мильке, — сказала она, прикрыв род рукой, — помимо иных титулов и званий, наш верховный главнокомандующий состоит пожизненным членом Центрального Комитета российской социал-демократической рабочей партии большевиков в мирах четырнадцатого и восемнадцатого годов. Кроме этого, герр Сергий является Патроном воинского Единства, самовластным князем государства Великая Артания, расположенного в шестом веке нашей эры, богом-полководцем священной оборонительной войны, защитником русских, сербов и болгар, Адептом Силы и Порядка, Специальным Исполнительным Агентом Творца Всего Сущего и Бичом Божьим для всяческих негодяев.

— Но мы же немцы, а не русские, и уж тем более не болгары с сербами, и в Бога, мы, коммунисты, не верим тоже, — возразил мой собеседник.

— Неважно, верите ли вы в Бога, важнее то, верит ли Он в вас, как в своих детей, — ответил я. — Что касается вашей нации, то тут есть одно важное обстоятельство. В моей армии служит весьма значительное немецкое меньшинство — люди это весьма заслуженные и уважаемые, с некоторыми из них вы даже встречались, а потому я склонен прислушиваться к их общим коллективным желаниям. Все они хотят родине своих предков и всему немецкому народу благополучия и процветания, а не разорения, иностранного ига и гибели, поэтому я всегда защищаю немцев как нацию, хотя иногда, как сейчас, луплю смертным боем текущее германское государство. Должен вам сообщить, что к настоящему моменту аннексия Германской Демократической Республики Западной Германией прекращена как явление, и до момента восстановления законной народной власти на ее территории заново установлен режим советской оккупации. Но это ненадолго — вот разберемся, кто из ваших товарищей нам действительно товарищ, а кто просто проходил мимо или являлся засланным казачком, и тогда для начала назначим Временное Правительство, руководство которым в ранге Наместника мы решили доверить именно вам.

— Мне⁈ — удивился будущий восточногерманский руководитель. — Но почему?

— Посмотрите на женщину, что привела вас ко мне, — хмыкнул я. — Не узнаете?

— Нет, — честно признался герр Мильке, — не узнаю.

— Это ваша бывшая подчиненная, полковник МГБ Бригитта Бергман, — вздохнул я, — год рождения тысяча девятьсот двадцать второй, участница антигитлеровского сопротивления, партийный стаж с тысяча девятьсот сорок восьмого года. И не удивляйтесь молодости ее тела. Когда в девяностом году за ней пришли агенты БНД, она за счет скрытых способностей катапультировалась на самое дно Мироздания, и после некоторых весьма бурных пертурбаций попала в мои заботливые руки. При первой же встрече мы поняли, что подходим друг другу как Патрон и его Верная, и тогда я, назначая геноссе Бергман начальником моей службы безопасности, даровал ей совершенно новое, еще не бывшее в употреблении молодое тело, которое к тому же почти не подвержено износу. И все об этом. Товарищ Берман знает вас очень хорошо, а потому порекомендовала мне именно вашу кандидатуру, а ее рекомендациям я верю на сто процентов.