Что именно нужно делать в столь непростой обстановке, которую по степени деградации можно сравнить только с временами Смуты (даже в восемнадцатом году было проще), я решу в ходе Большого Совета, и собирать его требуется немедленно. Думаю, Патрон не зря изо всех сил поторапливал меня с началом новой кампании: возможно, в ближайшем будущем в России или мире произойдет некое событие, о котором я просто не помню (а потому не могу спросить), после чего выполнение задачи невероятно усложнится.
«Т-с-с-с, Серегин, — вкрадчиво вмешалась в ход моих размышлений энергооболочка, — одно такое событие и в самом деле должно произойти очень скоро. Семнадцатого октября в двенадцать часов пятьдесят пять минут на своем рабочем месте в редакции газеты „Московский комсомолец“ в результате срабатывания мины-ловушки, установленной в кейсе с якобы компрометирующими документами, был взорван журналист-расследователь и военный корреспондент Дмитрий Юрьевич Холодов, тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года рождения, беспартийный, холостой, образование высшее инженерное, срочную службу нес в морской пехоте. Впрочем, об этом случае я тебе уже рассказывала недели три назад. Гражданин Холодов писал о современной ему российской армии, при этом побывал во многих горячих точках: в Абхазии (где стал свидетелем массовых убийств грузин абхазами), в Чечне, Азербайджане, на таджикско-афганской границе. Еще он был известен публикациями о коррупции в российской армии. В своих статьях неоднократно подвергал критике министра обороны Павла Грачёва, обвиняя в причастности к коррупционному скандалу в Западной группе войск. Кстати, именно на основании его материалов ты смог вывести на чистую воду и до конца раскрутить гражданина Бурлакова. Еще он обвинял некоторых сотрудников ГРУ, ушедших в отставку, в подготовке наёмных убийц для организованных преступных группировок и сепаратистских движений, что тоже является святой истинной правдой, записанной на скрижалях судьбы. Очевидно, в ходе своих расследований он вот-вот должен был выйти на самых набольших людей в тогдашней России, ибо все эти мерзости творились с их ведома и по поручению, за что его и убрали».
«Да, — холодно подумал я, — о том разговоре я помню. А теперь скажи, что нам даст разрешение вопроса жизни и смерти гражданина Холодова, вольного или невольного разрушителя российской государственности, ведь весь пафос его публикаций был направлен не против творящихся безобразий, а против самой России и ее армии. Ты уж извини, но после прошлого разговора на эту тему я поручил своим людям провести расследование в мирах с техногенными и вторичными порталами, поднять архивы и по возможности опросить еще живых свидетелей. Ничего хорошего об этом человеке я из полученных материалов не узнал, вся информация была исключительно негативного толка. Этот Холодов оказался птицей того же полета, что и прочая пишущая и говорящая братия, представлявшая тот самый „Московский комсомолец“, „Новую газету“, радиостанцию "Эхо Москвы» и телеканалы НТВ и ТВЦ'.