Прямой портал на север я открыла на заднем дворе трактира. Слава заверил, что он лично экранировал свои территории от чужого ненужного внимания, так что всплеск магического поля не зафиксируют даже самые чувствительные специалисты и артефакты.

Из неприятного — нас встречали.

Не знаю, кто догадался поставить пост в месте, где я открывала портал вчера, но первым, кого я увидела, оказался Толик, моментально отписавшийся в чат заместителей о прибытии новой группы беженцев с юга, которых привела я.

Поморщившись, тем не менее подошла к напряженно застывшему воргену и произнесла:

— Я ненадолго, через час уйду обратно. Если есть возможность, определите бесполезных сразу, уведу назад. Слава хочет глянуть, как у нас устроен быт, но потом вернется в империю. Предупреди об этом Семена, пусть сам решает, сколько и чего стоит показать.

— Хорошо, понял, — скупо кивнул мужчина, продолжая изучать меня с неприятной пытливостью. Но когда набрал в грудь побольше воздуха и произнес неуверенное: — Настя…

Я просто ушла от него порталом. Что бы он ни хотел сказать, я не хочу это слышать.

Первой точкой был мой кабинет. К счастью, пустой. Но с посланием от Семена. На десяти листах, но первым лежало персональное послание:

«Мне жаль. Очень жаль. Кирилл был мне как брат и я… скорблю. Понимаю тебя, как никто. Об одном прошу — не позволяй горю уничтожить твою душу. Ты светлая девочка, Настя. Постарайся остаться такой. Будет сложно, знаю. Но я верю в тебя. Мы все верим.»

До боли прикусив губу и чувствуя, что по щекам снова текут слезы, зло смахнула эту непрошеную соленую влагу и сосредоточилась на задании. Сначала шел список вопросов, которые стоит задать системе. Небольшой, всего на три дюжины пунктов, но их с лихвой хватит на неделю. Затем список книг, примерно столько же. Просьба добыть трансген, желательно литра три (ведерко на пять литров поставили мне на стол), и помочь с поиском остальных жидкостей. Насчет нектара удалось договориться с зельгенами. О цене Семен не сообщал, но это уже его дело. Последним шел внушительный список родственников, чей поиск был бы желательным, но без фанатизма.

И короткая записка от Вероники:

«Ты не виновата. Не бросай меня, мне тоже больно».

О, нет, дорогая… С этим сама.

Может быть когда-нибудь наступит тот благословенный день, когда я смогу слышать его имя, не вздрагивая от боли, но он точно будет нескоро. И точно не сейчас.

В итоге, задрав голову к потолку и простояв так несколько минут, чтобы просто успокоить бешено скачущий пульс, я распределила задачи по уровню приоритетности и первым делом сходила до пещеры с колодцем. Набрала в ведро трансгена, вспомнила, что завтра тоже смогу выпить свою порцию, но заранее набирать не стала — я смогу прийти сюда в любой момент.