Видимо, владелец музея и сотрудники сами не в восторге от этого загадочного полотна.

И опять же назревает вопрос: почему тогда я решилась на то, чтобы притащить её к себе домой? Дура, не иначе. Видела ведь и чувствовала то, как она на меня влияет. А вдруг проклятая или ещё что-то в этом духе? Обычно я не верю во всякую мистику, однако тут сложно не поверить, когда на собственной шкуре испытала её влияние.

Всё ещё ругая себя на чём свет стоит, через полчаса уже тащила немалое полотно по лестнице к своей квартире. Хорошо хоть её мне упаковали и скрыли изображение от посторонних глаз.

Войдя домой, замыкаю дверь и отношу предмет сомнительного искусства в гостиную. Кладу на диван, но не спешу раскрывать, испытывая такой мандраж, словно привела домой втайне от родителей мужика и пытаюсь спрятать в своей комнате.

Нет, я точно чокнулась.

Раздевшись, принимаюсь ходить из одной комнаты в другую, ища подходящее место для того, чтобы повесить свою покупку. Хотя, может, и не стоит её вешать у всех на виду? Гостей у меня, кроме Женьки, особо не бывает, но всё же.

Спальня — единственное место, куда чужакам доступ закрыт, но отчего-то совсем не хочется оставлять картину именно там, где существует максимально моё личное пространство. Где я сплю, переодеваюсь, хожу голая и просто отдыхаю.

Остаётся гостиная.

Вернувшись к дивану, присаживаюсь на него и снимаю бумажную упаковку. Руки начинают дрожать, когда постепенно изображение вновь предстаёт передо мной во всей своей мрачной красе.

— И вот зачем ты мне сдался, спрашивается... — бормочу негромко, проводя пальцем по холодной раме.

В третий раз рискую посмотреть прямо в чёрные глаза полуобнажённого мужчины. Как ни странно, ничего плохого и особенного не происходит. Это заставляет меня облегчённо выдохнуть.

Возможно, теперь я обрету былую стабильность и стану спокойно спать по ночам.

Качаю головой, всё ещё не веря в то, что действительно купила это жуткое художество. Женька узнает — будет ржать надо мной и ещё сильнее подкалывать по поводу того, что мне пора обзавестись ухажёром.

И она в самом деле посмеялась надо мной.

Рассказать о своей покупке я решилась только спустя три дня, когда валялась в постели с простудой и оправдывалась по поводу своей пропажи. Пришлось даже взять больничный, так как работать я просто не в состоянии. Температура не высокая, но слабость ужасная, сонливость, нос течёт и горло болит. Надо теплее одеваться, всё-таки весна только началась.

Но ожидаемый плюс я получила — меня перестали беспокоить ночные кошмары. Наоборот, по ночам стала спать как убитая, что не могло не радовать.