Алиса перевела дух. Пока все гладко. А там посмотрим.

— Сигнализация отключена.

— Спасибо, Ким.

Она выдернула из кармашка на боку универсальный ключ и вставила его в гнездо. Щелчок, и с небольшим скрипом окно начало приоткрываться.

— Сработал внешний контур защиты! — прошелестел переговорник. — Кобра, убирайся оттуда!

— А то я сама не знаю, — прошипела Алиса, выдергивая ключ-отмычку и быстро оглядываясь.

«Черт бы побрал этих параноиков! Мало им сигнализации на внутреннем контуре. Они еще понатыкали датчиков на внешнем».

План эвакуации на данном этапе предполагал уход через мусоросборник. Но это означало не только пару часов в баке с отбросами, но и то, что о премиальных можно забыть. А минимальный платеж за участие в операции никак не устраивал Алису. Жизнь в Нижнем городе легка и приятна лишь тогда, когда у тебя есть деньги. Как, впрочем, и везде. А гонорар за эту операцию был таким, что можно было лет десять жить на широкую ногу и не беспокоиться ни о чем. Десять миллионов юаней в Первом атлантическом банке, расположенном на огромном плавучем острове, отлично мотивировали на достижение результата.

Перед глазами встала, словно на картинке, планировка главного корпуса. Нужный ей коридор совсем рядом. Она поправила ремень рюкзака, спокойным, но быстрым шагом дошла до нужного поворота и уткнулась в закрытую дверь. Уже почти не раздумывая, воткнула отмычку, которую все еще держала в руке, хекнув от натуги, потянула со всей силы рычаг вверх и провернула личинку замка, ломая механизм.

Распахнула дверь. Вроде тихо. Прикрыла дверь и, вложив между дверью и косяком клеевую капсулу, прижала ее на несколько секунд, намертво приклеивая дверь к раме.

Пока разберутся, что к чему, пока сломают…

Лестница вела в подземный гараж под Университетом. Точнее, в ту часть, что давно не использовалась, так как руководство и преподаватели предпочитали оставлять машины на крыше, а студентам въезд на территорию был вообще запрещен. Стоянка же просто осталась с более ранних времен, когда машины в основном ездили по земле.

Спустившись на один пролет вниз, Алиса стерла с лица придававшую ей неестественную бледность крем-маску, переключила цвет комбинезона с серого на белый, меняя статус с простого техника на представителя инженерного состава, и продолжила путь.

Она выскочила в прохладный полумрак стоянки и по привычке вдохнула воздух, анализируя запахи. Но анализировать было нечего. Все напрочь перебивал кисловатый, удушливый запах векса — сильнейшего синтетического наркотика, запрещенного под страхом длительной отсидки в местах, сильно отдаленных от цивилизации.