Я прошёл мимо, Витёк вовсе не обратил внимания, для него картина привычная, но в качестве мигрантов в Хабаровске выступают китайцы.

Мой лучший друг ещё не знал, на что подписался. Я не сдерживался, набирая большой запас, чтобы не бегать зря каждый день. Забрал из морозилки весь фарш, опустошил мясной отдел, добавил паллету яиц, свежих овощей, ещё тёплый хлеб, сыр, изотоники и прочее.

Кассир вынырнула из обычной сонливости и смотрела на меня с большим подозрением, пока пробивала товар и укладывала его в пакеты. Расслабилась, лишь когда я расплатился.

— Теперь я чувствую себя вьючным мулом, — расхохотался мой друг, пока мы поднимались ко мне. Мигранты, кстати, исчезли, и за нами точно никто не следил. — Все забываю спросить, тебе деньги не нужны?

— Спасибо, у меня пока есть, от родителей остались, — солгал я с лёгким сердцем. Не хватало ещё пользоваться своим другом, когда сам хорошо зарабатываю. — А тебе?

— Игорёк, даже не думай! Это ты у нас пострадавший! — Мы вошли внутрь, и он помог мне заполнить холодильник и кухонный шкаф с покосившейся дверцей. Консервные банки со сладкой кукурузой разбавляли тусклый интерьер яркими этикетками. — Подумай о переезде, а то это место вызывает депресняк.

— Ничего, я устойчивый. — Вот теперь я говорил чистую правду. В данный момент меня вообще не заботило окружение, разве что раздражал старый матрас. — Потом, как перестану шататься на ветру и подыхать от короткой прогулки.

— Ну смотри. — Он поморщился, услышав будильник на телефоне, и подхватил с пола нераспакованную сумку с вещами. — Извини, пора ехать, а то на самолёт опоздаю. Точно не хочешь со мной?

— Не сейчас, — покачал головой, крепко пожимая ему руку. — Будем на связи. И… спасибо. Ценю твою заботу, правда.

Тепло попрощавшись с лучшим другом, я минуту постоял в тихой темной квартире и пошёл готовить ужин. Да, снова захотелось есть, вьетнамская еда вообще очень быстро переваривается, не зря считается самой здоровой среди фастфудов.

Бросил в большую кастрюлю две пачки пельменей из мраморной говядины и открыл под них белорусскую сметану, запивал все свежим апельсиновым соком. Вкуснота…

Набив живот, следующие два часа я занимался «комплексом физических упражнений номер четыре», разработанным непосредственно Балтамором.

Затем как следует отмылся в душе и, обессиленный, завалился в кровать. Не спеша вскрыл переданные детективом конверты, изучил всю собранную им информацию и понял, что он прав…

Написал сообщение на оставленный им контакт и отправил десять тысяч рублей в качестве аванса, пускай копает дальше. В ответ получил стикер с большим жёлтым пальцем. Через десять минут вся наша краткая переписка исчезла. Вот же параноик… Но он мне нравился.