Поместье Любомирского находилось в так называемом серебряном кольце Хабаровска. На большом удалении от города и особняков действительно сильных родов, но при этом в относительно безопасной зоне, где практически не видели магических зверей. В основном тут селились обычные дворяне, не имевшие больших производств и не интересующиеся политикой.

— Очень мило, сразу видно рачительного хозяина, — хмыкнул я, рассматривая трёхэтажный особняк в готическом стиле. Идеально вымощенная дорожка, аккуратно подстриженный сад, автоматические ворота без капли ржавчины — за этим местом хорошо присматривали.

О нашем появлении знали заранее, не могли же ему не доложить о появлении целой группы вооружённых людей на его территории. Тем не менее сонный дворецкий француз выглядел очень удивлённым и испуганным. Он плохо говорил по-русски, постоянно путая слова:

— К-кто вы? С к-к-каким намереньем посетили наш дом?

— Граф Покровский с визитом к барону Любомирскому. — Продемонстрировав сглотнувшему слуге дворянский перстень, слегка помахал пальцами. — Поторопитесь, я занятой человек.

— Разумеется, господин! — Вышколенность дала о себе знать, он почти взял себя в руки. — Вам назначено?

— Нет. Барон может рискнуть и не принять меня, но тогда пусть не жалуется на последствия. — У меня совсем не было желания смягчать риторику, наоборот, с трудом удерживался от чего-то большего, чем скрытые угрозы. — Мы уезжаем через пять минут.

Барону хватило трёх, чтобы выслать мне официальное приглашение. Я прошёл внутрь вместе с молчаливым Романом, без особого интереса изучая обстановку. Было видно, что над брутальным интерьером готического особняка поработал профессиональный дизайнер. Всё дорого, богато и не вычурно, хозяин придерживался современных взглядов.

Нас проводили в небольшую гостиную с низким журнальным столиком, винтажным диваном и четвёркой потёртых кресел. Настоящий антиквариат, по оценке Андрея каждый предмет мебели стоил сотни тысяч рублей. Слегка кивнув сидящему мужчине, остался стоять, нависая над ним мрачной глыбой.

— С кем имею честь? — Полноватый мужчина лет пятидесяти выглядел слегка взволнованным. Я не заметил в его взгляде страха и любопытства, лишь одно сплошное раздражение. Он явно ничего обо мне не слышал. — Простите, не запомнил вашего имени. Мы встречались на зимнем балу?

— Граф Покровский, титул мне пожаловал лично Ростислав Медведев, глава Тайной канцелярии и брат нашего с вами императора. — Вот теперь его проняло. О могущественной организации, в застенках которой тихо пропадали целые князья, рассказывали очень страшные истории. — Ранее мы не встречались, у меня были другие дела.