Умная леди. Вот реально умная, без каких-либо скидок. Я же действительно собирался воспользоваться ситуацией. Запредельная по понятиям этого мира и очень хорошая по параметрам мира «Лендлордов» концентрация магии, нестабильность, словно бы плавящаяся реальность — самое оно для изменения, перехода в моё теперь уже естественное демоническое состояние. Надо лишь потянуться к силе Инферно, как следует представить себе демоническую ипостась, щедро зачерпнуть силу и…

Боль трансформации, но вместе с тем чёткое понимание, которое можно сформулировать единственным словом. Получилось! Меня аж подбросило в воздух на проросших из спины крыльях; в клочья разлетелись джинсы с футболкой, заменяясь на пусть не основной комплект брони, но один из запасных, относительно неплохой и даже малость артефактный. И пространственная складка, куда были загружены не Архидемон весть какие ценные вещи, но уж эликсиров маны, жизни и атакующей алхимии там хватало. Совсем не маленький джентльменский набор на все случаи жизни, который подобает носить при себе склонному к авантюрам князю Инферно.

— Демон!

— Как настоящий… — ахнула Хоффман.

Увы, сейчас мне было малость не до реакции союзников. Дело всё в том, что из стен выплывали создания, подобные тому, который сейчас кристаллом, украшающим артефактный гарпун, работал. Один, второй, третий… шестой. Шесть штук. И седьмой, всеми силами пытающийся выйти, сбежать из плена. А вот хрен тебе! Выщёлкиваю льдистого цвета кристалл из гнезда, тем самым напрочь обрывая возможность «к Двенадцати добавятся Семеро». Более того, взмахнув крыльями, бросаюсь наперерез одному из призраков, что выглядит вроде как даже сильнее остальных. Наверняка именно это создание должно занять место в узле «обречённости», доминирующем на остальными.

Шестеро. Раздутый до состояния почти что шара бывший офицер ВВС, окутывающийся ядовитым дымом и способный отравлять все вокруг себя и выдыхать отраву на довольно значительное расстояние. Распадающийся на части и собирающийся заново бывший брокер, ощетинившийся крючьями и лезвиями, торчащими чуть ли не из всего тела. Член совета директоров крупной компании, ныне превратившийся в «человека Леонардо», раскинувшего руки и ноги, искрящегося электричеством и щедро делящегося им с тем, кого назначили врагами. Бывший врач, ставший теперь придатком сложнейшего «операционного комплекса» более всего предназначенного для вдумчивой пошаговой вивисекции, нежели лечения. Визжащие циркулярные пилы, шприцы с различными ядами не только, гибкие манипуляторы со скальпелями и ампутационными ножами, много иное, также прилагающееся, действующее вблизи и издалека. Подвизавшийся в Голливуде режиссер, словно в насмешку сращенный воедино с несколькими кинокамерами и фотоаппаратами, способный становиться двумерным, проецировать себя в любое место, создавать как безобидные иллюзии, так и относительно материальные, представляющие реальную опасность копии себя и различных существ. Певица… любовь которой к музыке и собственно пению превратилась в звон заканчивающимися ржавыми крючьями цепей, в которые она словно закуталась, а также способностью крика в ультра и инфразвуке на зависть любой баньши.