Поэтому Кеша сейчас улыбался:

— Это они со мной во мнении на счет польских кредитов не сошлись.

— Каких кредитов? — как экономист Вероника тут же сделала стойку.

— Да наши братья по лагерю возжелали красивой жизни. А не получалось у них ни черта! Там же вкалывать надо. Ну и добрые американские банкиры подсуетились. Там и немцы с прочими французами подтянулись и открыли кредитные линии.

— И у них, конечно же, есть коварный план?

— Ты угадала! Правда, благодаря кое-кому отчасти удалось избежать наихудшего.

Иннокентий скромно промолчал про репрессии против будущей «Солидарности», зачиненные по его наводке. Он не любил поляков с детства. Даже сам не знает почему. Не любил и все. То ли за их гонористость, то ли за бестолковость. За что бы их нация не бралась, ничего до ума не доводила. Зато сколько было петушиного крика! В этот раз КГБ не отдало дело на откуп местной контрразведке. Как бы поляки не обижались, но самые одиозные деятели исчезли из поля зрения по наиболее клюквенному сюжету — отправились прямиком в Сибирь. А ибо не хрен смуту наводить!

Но все равно человек из будущего посчитал, что так просто этим делом не кончится. О чем не забыл уведомить КГБшников и Ежова. Ему тут же в ответ заявили, что это вовсе не его дело. С него требуются аналитические записки с его «озарениями».

Ну-ну! Поляки ни чуточку не изменились за века, оставшись хитрожопой нацией. Потому и евреев жутко не любили по причине схожести характеров. Впрочем, как и прочие восточноевропейские бюргеры. Оставив коммунистический фасад, те привычно строили собственный благополучный мещанский мирок. Никаких устремлений в высшее будущее или попыток создать нечто новое. Жить здесь и сейчас. Вот и вся их идеология. Тогда зачем их жалеть и тратить необходимые русскому народу ресурсы? Сателлиты нужны лишь для безопасности страны Советов. Об этом Кеша пытался достучаться до своих кураторов.

Вот и сейчас он предложил использовать открытый от американцев и европейских банкиров кредит для собственных нужд. О чем не преминул сообщить на коллегии.

— Валюта есть валюта! Нам самим пригодится.

Советские начальники тут же завозмущались.

— Но поляки жутко обидятся.

— Да и черт с ними! Они так и так обидятся. А мы получим мощнейший профит! Польша и так должна двадцать восемь миллиардов долларов. И особенно усердно их окучивают западные немцы. Так что лишние три никто не заметит. А мы получим новые производственные линии в химической промышленности. В свете предстоящей компьютеризации это особенно важно.

Стоцкий покачал головой: