— Я и сам не понял, — ещё сильнее засмущался Тини. — Растерялся, не заметил в этой кутерьме нападавшего, лишь почувствовал резкую боль и увидел, как Айни буквально в последний миг отвела от моей головы чей-то клинок.

— Это был Ави Уи-Рикки, Бортовой Стрелок, — вклинилась в наш разговор Переводчица, подходя и без спроса присаживаясь у меня в ногах на койку. — К сожалению, он смог уйти и скрыться за перегородкой, так как я отвлеклась на Проститутку…

Я вспомнил рассечённую надвое миелонку, лишь немного не дотянувшуюся клинком до моего горла, и молча кивнул. Действительно вовремя Айни вмешалась… А ещё, судя по всему, миелонцам темнота совершенно не мешала ориентироваться и сражаться. Запоздало я поинтересовался у своих спутников этим обстоятельством. Тини даже удивился:

— Я слышал, что у некоторых рас в сумраке со зрением возникают какие-то странные проблемы. У гэкхо, кажется… или у триллов? Не помню. Неужели у людей тоже? Миелонцы же вполне нормально видят даже почти что в полной темноте, разве вы этого не знали, герд Комар?

Вот блин… Я этого действительно не знал и оттого принял откровенно ошибочное решение, что в темноте и возникшем хаосе перестреляю из своего Парализатора шестерых юрких миелонцев. Эта ошибка могла стать для меня роковой, если бы не феноменальная скорость перемещения смертоносной Айни… кстати, буду знать, что и морфы неплохо видят в темноте.

А ещё… я повернулся и поискал на стене или двери след от второго попадания бластера, но не нашёл. Неужели морф принял его на себя, загораживая меня своим телом⁈ Шкала жизни Айни была почти полной, процентов на девяносто пять точно, если не больше. Учитывая заблокированный моим доспехом аналогичный урон в тысячу двести хитпоинтов, количество Очков Жизни морфа навскидку можно было оценить в двадцать пять — тридцать тысяч единиц. Это практически в двадцать раз больше, чем у моего Комара!

— Что-то не так? — на языке гэкхо поинтересовалась внимательно рассматривающая меня Переводчица. — Комар, ты изменился в лице, да и вообще после этой схватки сам на себя не похож.

Ответил я далеко не сразу, но потом всё же решил не темнить, а высказаться на прямоту:

— Многое не так, даже не знаю, с чего и начать… Сперва, Фокси, мне всё же хотелось бы узнать, где настоящая Айни?

Я очень волновался, задавая этот вопрос, и внимательно прислушивался к своим внутренним чувствам, но навык Ощущение Опасности молчал — то ли морф не имел дурных намерений в отношении меня, то ли тщательно их скрывал. А между тем рыженькая кошечка сузила глаза и хищно заулыбалась, демонстрируя острые зубки: