Но когда за Лидией и бойцами Второго Легиона закрылась дверь, и в комнате осталась только Тамара, я набросился на неё с упрёками. Какого хрена она тут командует⁈ Я взрослый человек, и в своём номере имею право принимать кого захочу, и когда захочу! И вообще, что она сама тут делает, если я её не приглашал⁈

Я ожидал от соседки по этажу споров, криков, бурного скандала. Но меньше всего был готов к тому, что в ответ на мои упрёки суровая вызывающая ужас в стане врагов герд Тамара… закроет лицо руками и разревётся!

— Я… не знаю, что на меня нашло! Прости, Комар, ты верно сказал… Я не должна была так поступать… Не сдержалась. Нервы сдали. Просто я с ночной смены в «Карелии», а там трудно! Топлива нет, техники нет, людей не хватает. Да ещё гигантский удав-людоед нападает из темноты, похищает и пожирает караульных… Бойцы психуют, приходится мне постоянно вмешиваться и споры улаживать. Мой авторитет лидера трещит по швам… Вышла отдыхать, а тут на этаже, где ранее только я жила, дверь приоткрыта. Не удержалась и подошла, посмотрела… А потом какое-то помутнение нашло, как увидела это непотребство… Не должен герд так себя вести, как поступал ты! Герд должен быть примером для игроков фракции, на него равняются все остальные… А ты… ты…

Тамара ещё сильнее разрыдалась, растирая обильно текущие слёзы по своим щекам. Я слегка остыл и немедленно придушить Тамару уже не желал, но всё равно был весьма и весьма раздражён случившимся, а потому бестактен:

— Твоё поведение больше похоже на истерику ревнивой малолетней дуры, чем на заботу о репутации герда. Сдаётся мне, что ты многое недоговариваешь. Ты обломала мне свидание, я страшно зол на тебя и имею право узнать причину! Подойди ближе и пристально посмотри мне в глаза!

Девушка испуганно замотала головой и отказалась подчиняться. Когда же я в раздражении повысил голос и даже, не сдержавшись, грубо прикрикнул на неё, Тамара развернулась и выбежала из моего номера. Вот же стерва! Злющий как чёрт я подъехал к входной двери и, встав с кресла, подобрал стоящие в углу костыли.

Ох, ё! Я едва не упал от резкой боли, когда излишне нагрузил больную правую ногу. Перед глазами заплясали цветные круги, я почувствовал солоноватый вкус крови на прокушенной нижней губе. Кое-как переставляя костыли, я вышел в коридор и увидел двух бойцов Второго Легиона, приданных мне Тамарой в качестве телохранителей. Оба охранника выглядели откровенно растерянными и вопросительно смотрели на меня в надежде получить какое-то объяснение произошедшему — явно паническое бегство сперва Журналистки фракции, а затем и лидера их Легиона озадачило бойцов.