Кенни написал ответ Фластре, передал письмо Йонге и пошёл спать. Полуденный сон всё ещё оставался одним из самых его любимых занятий.

Пока Кенни спал, лекари клана Кораки оказывали Крису первую помощь. Древесного Сокола боялись из-за его страшного яда — как только эта Прана-птица оставляла порез, в нём тут же начинала расти особая трава. Рана расширялась, становилась глубже, трава пускала корни по телу Пранария, калеча его нади и уничтожая падмы. Даже малейший порез, оставленный Древесным Соколом, может навсегда покалечить Пранария. И если вовремя не помочь — корни травы достигали Источника Праны, и человек умирал.

Крис находился в лазарете и страшно скалился, терпя невыносимую боль от едкой мази, которую наносила на его тело старая лекарка. Эта мазь нейтрализовала яд Древесного Сокола, только вот она не могла вылечить Криса от последствий травмы.

Перед стариком стоял молодой мужчина из клана Кораки — тот самый крылатый Пранарий, который четыре года назад боролся с Крисом на Игре Алого Стопла — племянник Патриарха, Гирро Кораки.

— Мы выполнили твои условия, — хмуро сказал он. — Ты получил своевременное лечение от лучшего лекаря клана. Пришло время и тебе показать свою искренность.

— Подожди, юный Гирро, не торопись, — прохрипел Крис. — Пусть лекарь закончит.

В правой руке он сжимал кожаную сумку, на которую то и дело бросал взгляд Гирро. Именно из-за неё Крису так вовремя спасли жизнь.

Вскоре лекарка закончила наносить мазь и перевязала раны Крису.

— Всё? — нетерпеливо спросил племянник Патриарха.

— Держи, — Крис протянул сумку Гирро. Тот осторожно взял её, открыл, и аккуратно вытащил два яйца размером с куриные. Но эти яйца выглядели очень необычно — тёмно-коричневые, покрытые древесной корой. Гирро держал эти яйца как ценнейшие драгоценности, восхищённо разглядывая их.

— Сумку отдай, — буркнул Крис, с кряхтением вставая.

— Да, конечно, — Гирро отдал пустую сумку старику и поспешно вышел из лазарета, стремясь как можно быстрее доложить хорошие новости Патриарху.

Крис пошёл домой, сильно хромая на левую ногу. Он кривился от каждого шага, под нос бурча себе ругательства. Настроение у него было ужасным — Крису придётся очень постараться, чтобы полностью восстановиться. У него были свои методы, он защитил свои падмы от уничтожения. А вот каналы нади местами сильно пострадали.

Добравшись до дома, Крис первым делом вошёл в свою комнату. Он чуть нагнулся, широко раскрыл рот. И с хлопком врезал себя по груди. Хрипло выдохнув, он срыгнул в подставленную ладонь третье яйцо Древесного Сокола.