— Кьо-кьо-кьо, — старик Фуруй начал странно смеяться, сильно походя на сумасшедшего. В его зрачках появились алые искорки, его зубы слегка вытянулись и заострились.

Кенни стало страшно и жутко. Он не понимал, что ему делать в такой ситуации.

— Ты смелый мальчик, — проскрипел Фуруй, чуть вытянул руку и сжал ладонь в кулак.

Кенни застыл, непреодолимое давление сковало его тело. Он попытался вырваться, сделать хоть что-то, но у него не получилось. Мышцы отказывались повиноваться.

— Я чувствую твою душу, — Фуруй вышел из-за прилавка и подошёл к Кенни. Он наклонился к его лицу и начал двигать носом. Высунул язык и коснулся им лба Кенни.

— Нямка, — Фуруй с удовольствием почмокал губами. — Будет немного больно. Но потерпи.

Тело Кенни мелко задрожало — никогда он ещё не испытывал ТАКОГО ужаса.

Фуруй раскрыл рот, показывая десятки заострённых зубов. Он сжал холодными пальцами виски Кенни и приложил зубы к его голове, вот-вот готовый проломить ему череп.

Фуруй замер. Он отпустил голову Кенни и отошёл на шаг.

— Твоя душа под защитой, — с сожалением сказал этот монстр. — Кто-то могущественный её защищает. Жаль.

Фуруй протянул руку, в его ладони соткался кривой кинжал.

— Придётся просто убить тебя. Как жаль, как жаль… — Фуруй приложил лезвие к горлу Кенни и снова замер. В его глазах появилось замешательство.

— Подожди, нет, — кинжал исчез, Фуруй отступил. — Если я тебя убью, это станет проблемой для меня.

На шее у Кенни проявился алый разрез, из которого потекли струйки крови.

Невозможно описать тот ужас, который он испытал от действий этого сумасшедшего старика. Слишком это было жутко, нечеловечно.

— Что же мне с тобой делать? — Фуруй, не мигая, смотрел на Кенни.

Он протянул ладонь, и в ней появился предмет, внешне похожий на панцирь черепахи. Только чёрный и покрытый золотистыми линиями.

Фуруй погладил артефакт, прикрыл глаза. Затем закивал, что-то забормотал.

— Вот оно как, — он открыл свои безумные глаза и улыбнулся. — Так тому и быть! Сделаем так.

— Кьо-кьо-кьо, как интересно, — Фуруй схватил ладонь Кенни, и она разморозилась. Он вытянул её и положил на панцирь.

Золотые линии на артефакте вспыхнули, в глазах Кенни потемнело, он потерял сознание.

Фуруй простоял несколько секунд, прежде чем убрал панцирь в карман. Он устало вздохнул и пробормотал:

— Как утомителен этот маскарад…

Его острые зубы вернули свой человеческий вид, из глаз пропала краснота. Старик Фуруй вновь вёл себя как нормальный человек. Он протянул палец и коснулся раны на шее Кенни. Порез исчез, даже следов крови не осталось.