'Если соединить все года, которые я прожил, получится двадцать восемь лет. Восемнадцать в одной жизни, и десять в другой. Даже если учесть, что первые три года жизни я не просыпался. Но если смотреть на реальный возраст, то я остановился на семнадцати-двадцати годах, наверное. На Земле, многие из мужчин в двадцать пять имеют опыт в работе, в совместном проживании с девушкой и даже в женитьбе, в воспитании детей. Они пережили собственные жизненные трудности, у них были конфликты с коллегами на работе и многое-многое другое. У меня не было ничего подобного. Но зато, на меня уже трижды покушались.

Что за странные мысли…'

Кенни слабо улыбнулся и открыл глаза.

— Чего лыбишься? — проворчал Крис. Оказывается, он сидел в кресле, рядом с кроватью внука, и читал какой-то свиток.

— Рад, что выжил, — пробурчал Кенни и осторожно потрогал рану. — Тс-с-с, больно…

— Не трогай, не будет больно, — с умным видом сказал Крис.

— Спасибо за твои наставления.

— Расскажи, что случилось? — Крис отложил свиток и внимательно посмотрел на внука

Кенни поморщился. Его состояние было довольно паршивым, он чувствовал сильную слабость, мысли в его голове двигались вяло и постоянно сходили на какой-то бред. Может, это из-за Концентрации? Или побочные эффекты лечебных Прана-червей?

— Я проснулся, когда услышал этого чёрта. Начал драться с ним, и победил.

— Давай подробнее, — потребовал дед. — Всё, что случилось. От начала до конца.

Кенни начал рассказывать. Конечно, он скрыл, что это Ира его разбудила. И про её Эмоки он не стал говорить.

Два месяца назад Ира впервые использовала Эмоки в реальном мире — случайно передала служанке свою грусть, отчего та вдруг заплакала. Крис ощутил это и подумал, что у внука случился прорыв. Дед был в шоке — он сам обучился восьмому Приёму только в четырнадцать лет, когда создал первую технику и стал Лейтенантом.

Но на самом деле, Кенни лишь спустя месяц после Иры смог впервые использовать Эмоки. Это случилось во время медитации и слиянии сознаний — сестра помогла ему освоить восьмой Приём. Однако, Ира гораздо лучше владела Эмоки, чем Кенни.

Поэтому брат и сестра договорились — если они будут сражаться, то Ира поддержит его Эмоки, а Кенни будет делать всё остальное. Этот план предложила Ира, она настояла на нём, чувствуя, что наконец-то может быть полезна для брата.

Недавнее покушение показало, что она права. Без Иры Кенни не смог бы так легко завладеть инициативой.

— Вот и всё. Я воткнул ему нож в грудь, и пришёл ты, — устало закончил Кенни.

Крис молча смотрел на внука, стараясь не выдать своё удивление. Даже не удивление — шок.