— Я постараюсь, — важно кивнул Кенни.

Хиши вздохнула и снова поморщилась.

— Пусть сперва голова пройдёт, ладно? И надо у твоего деда спросить, где безопаснее тренироваться. Меня не должны раскрыть.

— Отлично, — Кенни слабо улыбнулся. Ему очень не хватало спарринг-партнёра в тренировках. Крис был слишком силён, сражения с ним были похожи на битву хромой белки и медведя — выглядит довольно эпично, но пользы мало. Хиши была Лейтенантом, и идеально подходила на роль спарринг-партнёра. Только надо дождаться, когда рана от удара ножом полностью пройдёт.

— Повезло тебе, сразу Искру получил, — проворчала Хиши. — Мне вот никто не собирался давать Искру. Но ничего, скоро я достану целых три! И те, которые сама захочу!

— А ты уверена, что в сокровищнице есть столько Искр?

Сомнения Кенни не были беспочвенны. Раньше в Восточном Горном Покрове люди не имели никаких прав — они были слугами, рабами, иногда даже кормом. Правили всем регионом Древние Мамонты. Только в 1363 году Третий Святой уничтожил их, поэтому его титул — Мамонтоборец.

Сейчас идёт 1714 год. Прошло слишком мало времени, даже у самых крупных кланов чуть больше трёхсот лет истории.

— Конечно! Клану Охи больше ста лет, — кивнула Хиши. — Это много времени, у них должно было накопиться много Искр.

Кенни не стал переубеждать её. Он не думал, что в сокровищнице так уж много Искр, ведь клан Охи не только хранил их, но и использовал.

Поболтав с Хиши ещё минут пять, Кенни вошёл в дом. Крис сидел за столом и обедал.

— Присоединяйся, — махнул он ножкой жареной утки.

Кенни переоделся, помыл руки и лицо, после чего сел за стол. Некоторое время он думал, как начать разговор.

— На меня напал Тигро, — Кенни решил говорить прямо. — Он атаковал меня каким-то Прана-червём, который бьёт молнией. Потом завёл во двор ближайшего дома, убил старушку во дворе. Он сказал что-то про два заказа. Первый связан с мечом Молнии, а второй со мной.

Крис замер с полуобглотаной ножкой в руках. Он внимательно слушал внука.

— Тигро хотел меня уже убить, но появился Пранарий и закопал его заживо. Он вылечил мои раны и сказал, что он Маршал. И его зовут Фермер.

Крис медленно положил ножку на стол и вытер руку об салфетку.

— Пойдём, покажешь, где это произошло, — произнёс он.

Кенни вздрогнул. Голос деда казался спокойным, но у Кенни мурашки по всему телу пробежали от него.

— Идём, — Кенни поднялся со стола.

— Митин! — гаркнул Крис.

— Да, господин! — слуга тут же подбежал и поклонился.

— Сбегай в квартал Кораки, скажи, что я требую личного прихода Патриарха.

Митин побледнел, но перечить не посмел. Он засеменил на выход.