— А сами чего же? — уставился я на поручика, проигнорировав намёк на наши с Милкой замуты.

— А меня она на дух не переносит, — понурился Назар Лукич. — В смысле, когда я делаю хоть малейшие попытки ей помочь. Думает, что я до сих пор считаю её мелкой и несмышлёной. И жду от неё исключительно одних неприятностей…

— И ведь это недалеко от истины, верно?

— Ну, меня же тоже можно понять! — всплеснул руками Купфер. — Маман, опять же!

— И давно это у вас?

— Да сколько себя помню! Как самостоятельной — относительно — стала, так и… эх!

— И как же до сих пор справлялись?

— А до сих пор она втакие неприятности не лезла! — легко парировал мой куратор. — Обходилось как-то. Сначала учителя влияли, потом преподаватели… научный руководитель, опять же. А сейчас она как с цепи сорвалась — такой охотничий азарт проснулся, что ничего вокруг не видит!

— Н-да… проблемка!

— Да что я тебя агитирую, Клим! — схватился за голову Купфер. — Она же тебе тоже дорога! Вот и давай, впрягайся!

— Да тут ещё всё вилами по воде писано…

— И что? Позволишь ей лезть, куда ни попадя? Сломя голову?

— Не хотелось бы… даже если она в конце концов и заявит, что, мол, Климушка, давай останемся просто друзьями!

— Вот и я о том же, Клим Потапович! — снова стал самим собой Купфер. — Я так понимаю, задачу вы уяснили?

— Целиком и полностью, — кивнул я. — Следить за ней не стану, равно как и принуждать к чему-либо, но… в общем, как говорится, если не можешь предотвратить, возглавь! Привлеку её в качестве нештатного сотрудника, можно?

— Нужно! — оживился мой куратор. — Меня она не послушает, наоборот, из принципа уйдёт в подполье, а вот с тобой вполне может сработать… только денег ей не предлагай. Дави на гражданскую совесть и волонтёрство. Иначе спугнём.

— Хорошо, Назар Лукич, я вас услышал! Но…

— Но?.. — заломил тот бровь.

— Мне нужна будет информационная поддержка. А также — уж не обессудьте! — придётся кое-какими секретами поделиться. Как у Милли с допуском к информации для служебного пользования дела обстоят, не подскажете?

— По линии НИИ — наивысший. А если её официально провести как добровольного внештатного сотрудника жандармской команды, то… пожалуй, не ниже, чем у тебя самого, — успокоил меня Назар Лукич. — Но постарайся не трепаться, пока статус внештатника не подтвердит на камеру.

— Окей, не вопрос! Что-то ещё, Назар Лукич?

— Да так, по мелочи! — отмахнулся мой куратор. — Адреса, пароли, явки. Способы связи… форма отчётности, в конце концов!

И вот в этом он весь, поручик Купфер! Неисправимый крючкотвор, хе-хе…

Ну а потом, когда, наконец, неугомонный опричник от меня отстал, мы с Изольдой Венедиктовной вернулись в общагу. Не напрямую, конечно, через кафешку и магаз — смысл с доставкой заморачиваться, если уж подвернулась такая оказия? — но всё равно дома оказались часа в два пополудни. И сразу же ребром встал вопрос: а что дальше? Нет, понятно, что для кошары он не стоял в принципе — вы нас как раз за выпрашиванием еды и застали. А мне чем заняться? В игру занырнуть? Так рано ещё! Да и не очень-то тянет, если честно. У меня тут, в реале, много чего интересного нарисовалось. А там… там рутина. Да ещё такая, от которой хочется бежать как можно дальше. Клан, например…